Фримантль встрепенулся. Три корабля – наверняка это были тяжелые крейсера, или «линкоры», как называли их на флоте после первого столкновения. Похоже, аспайры действовали строго по шаблону, в деталях повторяя случившееся у Каллисто. Сначала они подойдут к планете на восемьдесят тысяч километров и как в тире расстреляют орбитальную группировку, а потом основательно и неторопливо проутюжат обнаруженные на поверхности поселки. Затем к спутнику должны были подойти истребители, засекая с низкой орбиты незамеченные прежде цели.
Что ж, это им на руку. Атаковать линкоры Фримантлю было нечем, и он решил бросить все силы на подавление истребителей. К сожалению, устаревшие «Молоты» могли рассчитывать на успех только в ближнем бою, а потому Фримантль рассчитывал до последнего прикрываться планетой.
Катер осторожно ткнулся носом в стыковочный узел, и почти сразу в уши ударила воздушная волна. Выравнивалось давление.
– Удачи вам, адмирал! – почтительно склонился пилот.
– Вам тоже, ребята, – улыбнулся Фримантль.
Доставив его на монитор, катер улетал обратно к Ганимеду. Туда, где в спешно вырытых убежищах ожидали своей судьбы тысячи других людей. Вот только пилот трезво оценивал их шансы и потому, услышав пожелание удачи, благодарно кивнул:
– Спасибо, адмирал, было большой честью служить под вашим командованием!
Ничего не ответив, Фримантль покинул катер. В шлюзовом отсеке монитора его дожидался старший помощник, молоденький загорелый первый лейтенант. Увидев выплывшего из люка адмирала, старпом вытянулся, насколько позволяла нулевая гравитация, и, запинаясь от волнения, отрапортовал:
– Господин контр-адмирал, приветствую вас на борту! Монитор «Обама» к бою и походу готов!
Фримантль с жалостью оглядел усталого лейтенанта, отметив и скафандр, покрытый разводами грязи, и глубоко запавшие глаза под набрякшими веками. Похоже, что приводя корабль в боевую готовность, парень не спал несколько дней. После эвакуации большинства технического персонала вся тяжесть подготовительных работ легла на плечи экипажей. Люди вымотались, валились с ног от усталости, и в таком состоянии шли в бой. Все-таки шли.
– Благодарю за службу, лейтенант! – Адмирал выразил нахлынувшие эмоции неуклюже и, устыдившись, с чувством похлопал старпома по плечу: – Спасибо тебе, сынок.
– Служу Лиге! – вытянулся тот еще больше. – Пройдемте, сэр, вас ждут в боевом информационном центре!
На кораблях этой серии не предусмотрели осевого коридора, и до пункта назначения им пришлось добираться путаным лабиринтом узких проходов. В те времена, когда монитор еще был гордым красавцем-фрегатом, основные жилые помещения размещались в демонтированном ныне барабане жилого модуля. Потом барабан срезали, вместо него нарастили броню, установили здоровенные башни снятых с линкора орудий, и после всех этих переделок места для людей фактически не осталось. Двадцать шесть членов экипажа ютились в нескольких крошечных боевых постах. Все было пожертвовано в угоду бронированию и огневой мощи, с бывшего фрегата сняли ненужный виртуальный привод и даже урезали баки рабочего тела. Теперь он мог курсировать только в пределах внешних спутников Юпитера. Очень неспешно.
В последний раз Фримантль поднимался на борт «Обамы» почти два года назад, во время полномасштабных учений в связи с началом войны. Уже тогда стало понятно, что медлительный монитор с устаревшим оружием ничего не мог противопоставить смертоносным линкорам аспайров. И после разгрома у Иллиона эта уверенность только окрепла. Даже в страшном сне адмиралу не могло привидеться, что он возглавит атаку двух мониторов против четырех ударных флотов.
Едва попав в боевой информационный центр, Фримантль сразу же оказался в центре всеобщего внимания. На него смотрели девять пар глаз, и в глазах этих читались страх, отчаяние и мрачная решимость. Решимость до конца выполнить свой долг. Экипаж монитора прекрасно понимал, что уходит на смерть, что бой будет неравным и даже ценой своих жизней они не смогут остановить врага.
Под взглядом этих внимательных глаз адмирал добрался до своего кресла справа от капитанского пульта и, едва притянув себя к консоли, тут же включил общую трансляцию. Его люди должны были знать правду.
– Космонавты! Мои боевые товарищи, к вам обращаюсь я, контр-адмирал Сидней Фримантль. – Он сделал паузу, подыскивая нужные слова. – Вы знаете не хуже меня, что сегодняшнюю битву мы проиграем. Что у нас нет шансов не то что выжить, но и просто разменять свои жизни на жизни врагов. Но своей атакой мы должны убедить аспайров, что в системе Юпитера больше нет наших кораблей! Друзья мои, у всех нас на Земле остались родные, и своими телами мы преградим путь смерти, спасем их. Это достойная цена, и я горжусь тем, что плачу ее вместе с вами! Нас не забудут!
