Ее пробудил не столько голос, сколько боль – боль, клинком вбитая в поясницу.
– Гвенна.
Шевельнувшись, она вскрикнула, и тотчас сильная рука зажала ей рот. При попытке отбиться боль пронзила запястья, плечо, ногу.
– Это Талал. Не шуми, над нами ургулы.
Талал. Так она не умерла. Это хорошо. Она хотела кивнуть – боль ударила из шеи в спину. Уронив голову в ил, она поправила себя: еще неизвестно, не лучше ли было умереть.
– Мы?.. – заговорила она и от жестокого приступа кашля снова потеряла сознание.
Очнувшись второй раз, она кое-что сумела разглядеть. Она в укрытии – небо скрыто досками. Слышен шум воды. Чуть повернув голову, она разобрала, что, Кент подери, лежит в воде! Талал поддерживал ее под затылок, смотрел озабоченно.
– Ты подорвала мост, – прошептал он. – Ты сумела.
– Что ж, спасибо Халу, – ворочая разбухшим языком, отозвалась Гвенна.
Лич поморщился:
– Еще не конец. Балендин переправился. И много ургулов. Атакуют западный остров.
Гвенна с трудом приподнялась на локте. Боль грызла тело со всех сторон, но она, сцепив зубы и зажмурившись, заставила ее отступить.
– Где мы?
– Под причалом, – ответил Талал. – На южном берегу восточного острова.
– Спасибо, что пришел за мной.
Он ответил скорбной улыбкой:
– Не за тобой. Мы думали, ты погибла.
– Мы?
– Мы с Валином.
Она уставилась в пространство перед собой, пытаясь навести порядок в спутанных болью мыслях. Талал здесь, и Валин, а может, и Лейт – все в Андт-Киле.
– Вы что здесь делаете?
Талал открыл было рот, но тут же передумал.
– Некогда объяснять. Я доплыл сюда, потому что Балендин тянет из пленников, из их ужаса, свои силы, чтобы удерживать средний мост.
Гвенна почти сразу поняла, что это означает. И села.
– Ясно, и как мы его остановим?
Лич поглядел на ее ногу:
– Тебе здорово досталось, Гвенна. Сломана лодыжка, и из спины я, прежде чем приводить тебя в чувство, вытащил здоровенную зазубренную щепку. На дюйм левее – убила бы.
Она слабой рукой нащупала на пояснице поспешно намотанную повязку. Попробовала надавить и чуть снова не вырубилась.
– Ты говори, что задумал! – рыкнула она.
– Убить пленных, – беспомощно покачал головой Талал. – Себя Балендин прикрыл щитом, но, если подберусь к ним, если сумею убрать хоть половину, сил держать мост у него не хватит.
– Убрать половину? – Гвенна слабо мотнула головой. – И как?
– У них за спиной выгоревшее здание. Я мог бы пробраться через пожарище к ним за спины и по одной резать глотки. Ургулы на этой стороне в разброде, атаки на пленных не ждут.
Гвенна чуть не ахнула:
– В разброде – и что с того? Талал, ты убьешь пятерых, шестерых, максимум десяток, когда они все на тебя насядут. На площади, Кент ее побери, нет никакого укрытия.
– Знаю, – вздохнул Талал. – Но либо так, либо мы потеряем город. Войск ил Торньи не видно. Я и близко не понимаю Балендина, но вдруг даже десятка пленных хватит? Я попробую.
– Вот уж хренушки… – переваливаясь на колени, выговорила Гвенна. – Мы попробуем.
– Нет. – Талал взглядом указал на ее сломанную лодыжку. – Ты меня только задержишь.
– Может, и задержу… – Гвенна скрипнула зубами. – Зато у меня есть взрывчатка.
Войска были рядом, всего милях в девяти, и вдвое ускорили обычный походный шаг, но жителям Андт-Кила это помогало не больше, чем если бы они лениво прогуливались по дороге Богов. Валин почти час наблюдал, как ургулы перетекают через наведенный Балендином противоестественный мост и напирают на хлипкую баррикаду. Три раза ургулов оттесняли разведчики ил Торньи, Анник и Пирр, которая, похоже, берегла себя именно на случай таких прорывов. Нападающих всякий раз встречала горстка солдат, державших строй, пока лесорубы приходили в себя, набирались сил и отваги. Эти солдаты спасали городок и с ним – северные атрепии империи, пока Валин послушно выжидал на крыше башни, ощущая себя одновременно и молодцом, и мерзавцем.
Посмотрев, как аннурцы отбивают новую атаку, он тихо выругался и перевел трубу на юг, на подходящие армии. Знамена Сынов Пламени виднелись на восточном берегу, Северной армии – на западном. Части ил Торньи продвигались быстрее людей Интарры, но все равно не успевали.
– Давайте сюда, – бормотал Валин. – Скорее, гады ползучие! Скорее!
Конечно, все слова были бесполезны. Еще быстрее армии идти не могли, а Валину оставалось только следить то за сражением внизу, то за далекими колоннами, снова и снова прогоняя в голове подсчеты и каждый раз получая один ненавистный ответ.
Талала он не видел с тех пор, как тот час назад тихо сполз с края крыши. Правда, раз Валину показалось, что видит плывущего к восточному озеру лича, но он сразу потерял его голову среди ряби и подскакивающих на волнах бревен. Сейчас он навел линзы трубы на Балендина. К тому как раз подскакал один из ургулов и спешно сообщил что-то, указывая на юг. Балендин, поморщившись и не опуская удерживавшей мост руки, обернулся к восточному берегу. К ужасу Валина, разрозненные бревна, болтавшиеся у свай, под действием невидимой силы стали сбиваться в плот.
