Так они проскакали вдоль реки красной лавы примерно до середины овальной долины. По обе стороны от этой ужасной реки простиралась равнина, похожая на парк, а дальше у основания гигантских заснеженных пиков поднимался многовековой лес. Впереди хмурился гигантский вулкан, словно грозовая туча над огненным морем.
Джоан догнала Гари. Упрямое лицо англичанки было белым и каменным. Казалось, еще чуть-чуть, и все эмоции потоком хлынут наружу.
– Гари, что все это значит? Эта теплая зеленая долина посреди вечно скованных льдами гор… Эти люди с белой кожей… Эта девушка? Это та самая Ширани, которую мы все искали?
– Да… Да… – сухо отвечал Гари. – Легенды о Куме и его обитателях оказались более правдивы, чем мы надеялись. Конечно, эта долина теплая из-за того, что закрыта и обогревается вулканическим теплом. Но эти люди…
– Гари, мне не нравится эта Ширани. Она красивая, как молния, и такая же опасная! – воскликнула Джоан, а потом ожесточенно добавила: – Она смотрит на меня, словно я – насекомое!
– Она не может быть плохой по определению, – заверил её Гари. – Но она не пощадит нас.
– А ты заработал право на жизнь, – заметила Джоан. – Ты – единственный из нас, кто её заинтересовал.
Они приближались к концу долины, проезжая мимо возделанных полей и пастбищ, где паслись лошади и крупный рогатый скот. Источник жидкой лавы лежал далеко впереди.
– Во имя Ленина! – выдохнул ошеломленный Борис Борщёфф, едва не свалившись с лошади.
– Огненное море! – прошипел Окара, глядя вперед.
Гари почувствовал, что при виде открывшейся перед ним картины не может пошевелить ни рукой, ни ногой. А потом вскрикнула перепуганная Джоан. Перед ними и в самом деле раскинулось огненное море, которое и было истинным источником огненной реки. Это было огромное море малиновой лавы. Сейчас оно находилось милях в двух от всадников, но даже отсюда было отлично видно, как по поверхности раскаленного озера гуляли языки пламени. Сернистое раскаленное дыхание било прямо в лицо. Далеко по другую сторону огненного моря поднималась огромная скала, подпирающая один из склонов вулкана с заснеженной вершиной, который возвышался над долиной. Футах в четырехстах от его подножия проходила широкая щель, откуда вытекал водопад расплавленной лавы – настоящая огненная Ниагара, которая низвергалась с огромной высоты в расплавленное море.
– Боже! – встряхнул себя Гари. – Это похоже на сцену из ада.
– Вот вам и источник ночной подсветки! – воскликнул Борщёфф, уставившись на водопад.
Теперь Ширани повела свой отряд вдоль берега раскаленного моря, оставив в стороне лавовую реку. И только тогда Гари понял, что впереди, рядом с раскаленным морем огромная масса черных зданий.
– Город Кум – мой город! – объявила Ширани все ещё потрясенным видом горящего моря, и они поехали в черный город.
Кум не был похож ни на один из городов на Земле. Он раскинулся не более чем в миле от берега лавового моря. Тем не менее, хотя воздух здесь пропитался запахом серы и казался очень теплым, он был не слишком горячим – тепло моря лавы противодействовало естественному холоду ледяных высот. Кроме того, черный город был опоясан зелеными садами, цветущими в этой природной теплице.
Город выглядел архаично, и было в нем нечто восточное. Его здания с плоскими крышами были в один или два этажа. Тут были и жилые дома, и торговые лавки. Между ними протянулись улицы, залитые чем-то вроде черного асфальта.
Мужчины, женщины и дети толпились на улицах. У них была белая кожа, и все они были светловолосыми. Обитатели города выглядели красивой, высокородной расой, но на первый взгляд их цивилизация находилась в архаичном состоянии. Воины носили серебристую кольчугу. Низшие классы – как мужчины, так и женщины – ходили в туниках и брюках из синего шелка, а люди из знати и те, кто принадлежал к высшим классам, носили белое.
– Принцесса Ширани! – раздавались приветственные выкрики из толпы, когда люди Кума видели её яркую фигуру по главе отряда, но, замечая незнакомцев, они замолкали в изумлении.
– Сколько у вас подданных, принцесса? – неожиданно спросил Окара, когда они ехали по переполненному черному городу.
Ширани взглянула на маленького японца с откровенной неприязнью, но ответила:
– Нас не более пяти тысяч. Все живут тут, в городе, но многие работают в полях или присматривают за стадами, – её глаза неожиданно полыхнули от ярости. – Но не думайте, что мы слабы и беспомощны. В нашем городе таятся силы, о которых вы и понятия не имеете.
После этого она замолчала.
Вскоре они выехали на большую треугольную площадь, вымощенную черными блоками, такими же, как те, из которых были собраны дома. Перед ними поднималась приземистая восьмиугольная башня – массивная и неизмеримо древняя на вид. Несколько мужчин в мрачных черных одеждах и капюшонах стояли перед башней, наблюдая за отрядом.
Одна из сторон треугольной площади была занята огромным зданием этажей в шесть, с рядами высоких окон и множеством выступающих балконов и лестниц. Это напомнило Гари великий дворец в Лхасе. Воины в серебряных доспехах стояли у его подножия.
