Окашлу была крайне разочарована, когда парламентеры вернулись ограбленные. Никогда ничего подобного на Огненной Земле не случалось до сих пор, уверяла она Гарри. Нужно все бесстыдство Элепару, чтоб сама мысль о таком недостойном поступке могла прийти в голову. Что же касается его предложения, то это лишь новое оскорбление. Остается одно средство — война, и приготовления к ней необходимо начать немедленно.
— Да, если бы у нас была хотя бы пара ружей, — воскликнул Гарри, — дело пошло бы тогда у нас быстро!
— Ружья? — спросила Окашлу. — Они у меня есть. Я никогда не открывала ящика, в котором они всегда хранятся с самого отъезда из Англии; но они наверняка там.
— И есть также патроны?
— Возможно, и это.
Побежать к драгоценному ящику и открыть его было делом нескольких минут. В нем нашлось шесть кремневых ружей старого образца, но в исправном состоянии, шесть пистолетов, двести пакетов с патронами, десять мешочков, наполненных пулями, и десять коробок отлично сохранившегося пороха. Все богатства английского банка не привели бы Гарри в такое восхищение, как этот арсенал Окашлу.
— Это означает победу! Это означает спасение чести и жизни моих друзей! — воскликнул он. — Но может быть, у вас есть еще что-нибудь подобное в разных ящиках, которые здесь свалены?
— Не думаю. Скорее в них хранятся разные инструменты и хозяйственные орудия.
Окашлу открыла большой ящик.
Тогда уж Зигриф оказался на седьмом небе. В ящике были все принадлежности плотнично-столярного дела, вилы, струги, клещи, молот, болты и гвозди разного сорта.
Старик бросился на колени перед ящиком при виде всех этих вещей.
— Что бы ни случилось, мы можем быть теперь уверены, что выберемся отсюда, — сказал он, несколько успокоившись. — Я живо построю теперь небольшое судно!
— Да, но мы не должны уезжать отсюда без капитана, — сказал Гарри.
— Это само собой разумеется, — подтвердил Зигриф, — и мы непременно возьмем с собой мисс Мод.
При этих словах лицо Гарри стало пунцовым.
— Конечно, возьмем, — проговорил смущенный юноша, — и я уверен, что королева особенно пожелает этого. Вы знаете, может быть, что мисс Мод — родная сестра Неда Генея, того молодого офицера, который был вместе со мной в Портсмутской гавани при первой нашей встрече с вами.
Но при этих словах покраснела уже Окашлу, насколько смуглая кожа ее лица могла краснеть.
— А этот молодой офицер тоже в плену? — спросила королева, явно волнуясь.
— Хочу надеяться, что нет; но, говоря правду, мы ничего не знаем о его судьбе с тех пор, как оставили наше несчастное судно, — ответил Гарри.
Глаза Окашлу наполнились слезами, и с этой минуты она совершенно переменилась. Прежняя бодрость ее исчезла; она ходила рассеянная, печальная, точно пораженная большим несчастьем, и мало интересовалась даже приготовлениями к войне. Воины ее собирали, приводили в исправное состояние свое оружие.
— Как это случилось, — спросил ее Гарри, — что у вас было спрятано оружие, которое наверняка помогло бы вашему племени стать первым на Огненной Земле?
— Право, я этого и сама не знаю. Я не могла доверить оружие кому-нибудь из моих военачальников, так как он стал бы тогда командовать и мной, пользуясь большей силой, чем я сама. Я избегала власти надо мной — вот и все.
— А больше вы не боитесь этого? — спросил Гарри, смеясь. — Кто же теперь помешает мне, Зигрифу и Неду, когда мы его найдем, стать властителями всех здешних племен и назваться императорами Огненной Земли?
— Пусть бы Небеса помогли вам приобрести такую власть! — сказала Окашлу и, смутившись, прибавила: — Это именно и нужно нашей земле; нужен облеченный властью европеец, который повел бы наши племена по пути просвещения. Рука женщины слишком слаба для этого. Я поняла это после прибытия сюда, и потому ничего не предпринимала.
— Да, есть тут дело для честолюбивого мужчины, — сказал Зигриф. — Но есть и еще нечто лучшее, — добавил он, как практичный человек: — построить трехмачтовое судно, наполнить его тюленьими кожами и отправиться с ними за море, чтобы жить там, как раньше, доходами.
Элепару отлично знал, чего он может ждать в ответ на сделанное им через ограбленных посланников предложение; он знал также, что тенеки многочисленнее эйликолепов и что в продолжительной войне его непременно разобьют. Он решил поэтому начать новые переговоры и всю ночь думал о том, что предпринять, кого и с какими поручениями послать к королеве тенеков.
Но Элепару поздно взялся за ум. Около восьми часов утра флот тенеков уже прибыл. Он состоял из сорока лодок с двенадцатью воинами на каждой, то есть тенеков было 480 человек. Элепару же мог выставить 600 воинов; следовательно, временно он имел преимущество. Позицию тенеки выбрали не выгодную для них, по его соображению, так как при высадке на берег они встретятся с копьями и стрелами эйликолепов.
Кроме того, Элепару достал свое кремниевое ружье, которым решил напугать неприятеля, хотя он помнил, что когда-то, чтобы увеличить количество имевшегося у него пороха, подсыпал в него часть угольного порошка.
