Увидев Фаррела, Харрис сделал круглые глаза. Замызганная форма и небритые щеки у одного из старших офицеров фрегата повергли его в ступор. Казалось еще немного, и мичман принародно отчитает Фаррела, словно одного из своих подопечных. Там, внизу, на Земле ему наверное еще не приходилось видеть столь печального зрелища. Ошалевшая физиономия мичмана пробудила у Анри легкое злорадство, но здравый смысл говорил другое. С Фаррелом и правда творилось что-то неладное, и обязанностью капитана было улучить свободную минутку, и поговорить с инженером. Как-нибудь потом, когда они немного разберутся с ремонтом.
Поэтому Анри нацепил одну из самых дружелюбных своих улыбок.
— Это первый лейтенант Фаррел, наш главный инженер. — Анри чуть отстранился, освобождая инженеру обзор. — Мистер Фаррел, а это наш новый экипаж. Прошу вас, введите гардемаринов в курс дела.
Промелькнувшая на лице Фаррела гримаса выражала его чувства лучше иных слов. Было видно, что больше всего инженеру хотелось оказаться как можно дальше отсюда, да и вообще от людей. Забиться куда-нибудь в дебри аппаратуры, и хоть ненадолго остаться в одиночестве, среди работы, и своих горьких мыслей.
Анри уже собрался было повторить распоряжение, но вопреки его опасениям, Фаррел совладал с собой, и звякнув магнитными подошвами, опустился на переборку перед гардемаринами.
— Сразу перейдем к делу. Неделю назад «Церам» получил серьезные повреждения. Мы потеряли основные радарные антенны, лишились половины зенитных башен, и всех датчиков по левому борту. О мелочи типа перекосившегося вала жилого модуля я промолчу, починить его мы все равно не сможем.
По вытянувшимся лицам гардемаринов, Анри понял, что о своем будущем корабле им практически ничего не говорили. А может быть, в Академии Кампалы просто не знали об истинном положении дел. Учитывая уровень секретности, все могло ограничиваться туманными слухами.
Он толкнул себя к переборке, и примагнитился по соседству с Фаррелом.
— Итак, господа гардемарины, детство закончилось. Вы теперь на войне, и от ваших действий зависит не только ваша жизнь, но и жизнь всего корабля! Скажу сразу, работы много, и работать мы будем не покладая рук. Аспайры уже летят ко внутренним планетам, времени осталось совсем мало и долгой беседы не получится. Сейчас вам покажут ваши места, накормят завтраком, и распределят по работам. Знакомиться с кораблем и своими будущими боевыми постами вы будете в процессе ремонта.
Анри замолчал, и вперед тут же выступил Харрис.
— Все слышали, что сказал капитан! Цепочкой по одному к леерам!
Он замолчал, ожидая распоряжений, и Анри тихонько подсказал.
— В осевой коридор.
— В осевой коридор, марш!
Гардемарины один за другим отталкивались от переборки, и взмывали по направлению к радиальному коридору. Довольно слаженно, но опытный взгляд Анри тут же отметил некоторую неуверенность движений. Опыта пребывания в невесомости, у парней не хватало.
Перехватив его взгляд, Харрис немного помявшись, объяснил.
— С последней стажировки прошло уже полгода.
— С крайней, — автоматически поправил его Анри. — Харрис, как там вообще дела?
Прежде чем ответить, тот покосился на стоящих неподалеку Фаррела и Хибберта.
— Паршиво дела, сэр. Загребли три старших курса, и почти всех преподавателей. Большинство отправили на старые суда Резервного Флота, а там сами понимаете… В общем, Академии, как таковой больше нет. — Он тяжело вздохнул. — Оставшихся преподавателей эвакуируют вместе с семьями куда-то в колонии, там хотят заново создать Академию. Чертовы политиканы, они сами лишают Лигу будущего!
А это что-то новенькое, пронеслось в голове у Анри. В прежние времена Харрис совершенно не интересовался политикой. Сколько ему сейчас, далеко за сорок? На взгляд Анри, мичман все еще оставался слишком молодым, чтобы следить за политикой. Какой-то писатель давным-давно назад написал, что политика хороша, когда не остается сил на женщин и дорогое вино. Фамилии писателя Анри не помнил, но эта фраза накрепко засела в его голове.
— И почему вы считаете, что отправка преподавателей в колонии лишает нас будущего? — неожиданно влез в разговор доселе молчавший Хибберт.
— Да потому что мы сами отдаем его в руки колонистов, — зло сплюнул мичман. — Лишиться уникальных специалистов в самый разгар войны, да это преступление!
— Преступлением было бы оставить их погибать на Земле, — едва слышно прошептал повисший чуть в стороне Фаррел.
Анри заметил, как Хибберт бросил на инженера внимательный взгляд, и гася возникающий конфликт, жестко бросил.
— Отставить разговорчики! Нам еще нужно распределить этих обалдуев на работы.
— Виноват, сэр! — моментально сбавил обороты Харрис. Фаррел недовольство капитана проигнорировал.
Вообще для «старшины с поверхности», мичман на удивление неплохо держался в невесомости. Во времена курсантской юности Анри, Харрис почти не покидал территории Академии, но за прошедшие годы, похоже наверстал упущенное. Конечно, до космонавтов с многолетним стажем ему было далеко, но своих гардемаринов он превосходил на голову.
