— Тебе легко говорить, ты не выходишь как Золушка на балу.
— Насколько я помню, у нее все кончилось хорошо.
Она послала ему нетерпеливый взгляд, но он лишь усмехнулся:
— Халс, мы были здесь миллион раз.
Верно. Мэгс устраивала здесь вечеринки по случаю дня рождения, черно-белые балы, костюмированные вечеринки и званые обеды. Сегодня была коктейльная вечеринка. Без жесткого сценария, опасалась Холли, будет много общения и много свободного времени…
— Может, меня никто не заметит, — сказала она.
— Милая, — Гэвин выразительно посмотрел на нее, — все будут обращать на тебя внимание.
Ее живот сжался. Но потом она расслабилась. Прекрасная иллюстрация того, как он действовал на нее. Он одновременно и разозлил ее, и успокоил. Ее чувства к нему выросли и повзрослели. Теперь он был ее настоящим мужчиной, который делился с ней историями из жизни ночью в постели и утыкался носом в ее шею на кухне утром. У него были сомнения, он ненавидел неудачи. И хотя он не признавался в этом, она знала, что идея совместного будущего пугала его боязнью утрат. Она все понимала. Черт возьми, она могла это понять. Она тоже не была готова к «во веки веков, аминь». Но сердце не слушало предостережений разума, и теперь она влюбилась в него намного больше. Достаточно, больше никаких раздумий сегодня вечером. И так голова кипит.
Он надвинул на голову свой стетсон, а затем они вошли в особняк и окунулись в море хорошо одетых людей. К облегчению Холли, здесь было еще несколько красных платьев. Хотя ни у кого из них не было ни блеска, ни шлейфа, по крайней мере, она не была единственной женщиной в красном на вечеринке.
Ханна, недавно вернувшаяся домой из Франции, подошла в бледно-розовом платье. Она схватила Холли за плечи, держа на расстоянии вытянутой руки.
— Я так и знала, что ты будешь выглядеть потрясающе в этом платье.
Гэвин, стоящий рядом, пожал руку Уиллу, принял поцелуй Ханны в щеку. Она игриво толкнула его и сказала:
— Тебе повезло, парень.
— Я знаю. — Он обнял Холли за плечи и поцеловал в висок.
Ханна и Уилл не казались встревоженными. Люди, толпившиеся вокруг, тоже не оборачивались с вытаращенными глазами. Возможно, Холли слишком остро реагировала.
— Шампанское? — предложила Ханна.
— Да, пожалуй, — кивнула Холли, надеясь, что это ее успокоит.
Гэвину очень нравилось общество Холли. И только отчасти потому, что большинство их свиданий заканчивалось отличным сексом. Прошлой ночью она уснула в его объятиях, а он крепко прижал ее к себе и уставился в потолок, чувствуя благодарность за все время, проведенное вместе. Подумать только, когда-то он считал, что она его ненавидит.
Они проделали долгий путь. Он хотел, чтобы она поняла: плохая привычка сравнивать себя с окружающими женщинами. Особенно с Ханной. Ханна не тянула на себя одеяло, скорее Холли сама уходила в тень. И сегодня он хотел, чтобы Холли оказалась в центре внимания. Отчасти это понимание пришло благодаря его собственному прошлому опыту: какое-то время и он находился в тени своих старших братьев, но потом почувствовал себя обособленным от них. Особенно когда поступил в юридическую школу, а не пошел в музыкальный бизнес. Конечно, он вложил свою ученую степень в музыкальную карьеру, но в то же время мог выбрать и любую другую сферу. Как только он отточил свои навыки и свое призвание, он нашел свою нишу и стал очень успешным. Уверенность в себе была побочным продуктом.
Он хотел того же самого для Холли. Она заслуживала успеха и легкой уверенности в себе.
— А вот и мои прекрасные внучки. — Элеонора обняла Холли и Ханну, не выказывая никакого предпочтения.
На Гэвина она бросила пристальный взгляд, который он не мог понять.
— Вы с Холли хорошо поладили.
Поскольку Холли стояла очень близко к нему, было бы нелепым притворяться, что он ни при чем. Он обнял свою спутницу за талию и крепко прижал к себе:
— Она невероятная женщина.
Элеонора улыбнулась:
— Ты медленно соображаешь, но наконец-то осознал это.
— Бабушка, — одернула ее Холли.
— Что — бабушка? Я всегда знала, какие особенные у меня девочки. — Уверенность в себе не покидала матриарха семьи Бэнкс.
— Парней переоценивают… но они прекрасно дополняют нарядные платья, — добавила Элеонора, подмигнув Гэвину. — Давайте, девочки, пойдемте заводить новые знакомства.
Она увела Холли и Ханну, и Гэвин почувствовал, как пот выступил у него на лбу под лентой шляпы.
— Тебе нужно выпить? Или в туалет? — поддел его Уилл. — Что-то ты позеленел.
Гэвин поднял шляпу и вытер пот:
— Я в порядке. Но ты упомянул выпивку, и у меня пересохло во рту.
Гэвин плеснул бурбона на дно стакана. Они с Уиллом прошли в бар, где уже расположились приехавшие вместе Кэш, Пресли, Люк и Кассандра. Девушки взяли бокалы с шампанским и пошли вслед за Ханной, Холли и Элеонорой.
Гэвин плеснул еще бурбона.
Братья смотрели на него так, словно он случайно надел вместо смокинга балетную пачку.
— Что с ним не так? — спросил Люк Уилла.
— Элеонора назвала его парнем Холли.
— Ах, — хором произнесли Люк и Кэш.
Гэвин закатил глаза:
— Со мной все в порядке.
