П.А.Моргунов в своей книге "Героический Севастополь" пишет: "Были созданы три основных опорных пункта: Константиновский равелин, куда входил личный состав ОХРа, 95-й стрелковой дивизии и береговых батарей N 2 и 12; Михайловский равелин -- личный состав 110-го зенитного полка, береговой батареи N 702 и авиачастей; в районе Инженерной пристани и его равелина -- личный состав местного стрелкового полка во главе с командиром подполковником Н. А. Барановым и остатки некоторых других частей.... Кроме того, был создан опорный пункт в Северном укреплении, занятый 178-м инженерным батальоном БО, остатками частей ПВО и частью бойцов 95-й дивизии; туда был также выслан один взвод (около 50 человек) от местного стрелкового полка. Баранову было приказано поддерживать с этим опорным пунктом связь по подземному кабелю, идущему от Инженерной пристани в Северное укрепление, а с Барановым командование поддерживало связь до последнего дня с помощью подводного кабеля, проложенного через бухту". В воспоминаниях бывшего коменданта 4-го сектора Капитохина, события описываются несколько иначе. Воспоминания были сохранены одним из выпускников Тамбовского суворовского училища, где после войны преподавал Капитохин. " После того, как пришлось оставить и взорвать КП сектора на Братском кладбище, мы отошли к казармам Местного стрелкового полка. Потеряв КП, мы полностью лишились средств связи с войсками, но удержать Братское кладбище не хватило сил, рота автоматчиков, прикрывавшая наш штаб полегла почти полностью, ведя бой между могил.
Из казарм, расположенных в старой батарее, мы с полковником Яковлевым попытались выяснить обстановку в секторе. По флотской связи откликнулось Константиновское укрепление, Михайловское, к нашему удивлению откликнулась и телефонная станция в бухте Голландия. Когда я попытался набрать Северное укрепление, телефон долго не отвечал, но к моему удивлению связь работала. На повторный вызов мне ответил лейтенант, командир автороты, фамилия его была или Пехотин или Пехтин. В телефоне были слышны выстрелы, но как я понял, Северное укрепление еще держалось. Я приказал направить туда разведку местного стрелкового полка. К вечеру разведчики вернулись и доложили, что Северное стоит крепко и его поддерживает расположенная рядом зенитная батарея. Полковник Баранов, командир Местного полка направил туда взвод, численностью до пятидесяти человек при одном ротном миномете ...".
Опорный пункт в Северном укреплении действительно возник стихийно. Никто и не ожидал, что забытый командованием 178-й инженерный батальон береговой обороны (бывший Местный инженерный батальон) окажет немцам упорное сопротивление.
Когда 19 июня части 3-го моторизованного батальона 88-го саперного
полка вышли в район Бартеньевки, они беспрепятственно ворвались внутрь укрепления через Симферопольские ворота. Часть батальона еще утром убыла для поддержки частей Северной стороны. В укреплении оставалась авторота и хозвзвод. Оправившись от неожиданности, находившиеся внутри укрепления бойцы, открыли огонь и отбросили противника с территории части. Из воспоминаний Капитохина: "К вечеру ситуация прояснилась. Над Константиновским укреплением действовали три морских орудия, поддерживая обороняющиеся части, но они подчинялись своему, флотскому начальству и связи с ними не было. Я мог вызывать их огонь только через командование 2-го морского дивизиона. В казармы Местного полка вышло несколько бойцов из состава обслуги гидроаэродрома в бухте Голландия. Они сообщили, что противник, захватив Братское кладбище, вышел к бухте. Это означало, что мы отрезаны от главных сил. Находясь в таком положении, я просто не мог управлять войсками, о чем я доложил командованию, попросив разрешения покинуть Северную сторону. Около 18 часов противник атаковал и наше укрепление". Во втором очаге сопротивления- в районе 30-й батареи, ситуация тоже складывалась сложная. Оба зенитных орудия, прикрывавших "форты Шишкова" были разбиты, орудия на валу укрепления были уничтожены, большинство огневых точек вокруг укрепления подавлены, защитники укрепления, спасаясь от огня противника, вынуждены были отойти внутрь казематов. Это дало возможность немцам действовать более уверенно в районе блоков 30-й батареи. Около 15 часов противник произвел взрыв 500 килограммового заряда взрывчатки в одной из башен. Взрыв вызвал многочисленные пожары внутри орудийного блока. Погибло около 120 человек из числа защитников батареи. Автоматчикам противника удалось проникнуть внутрь орудийного блока.
138-я стрелковая бригада и 345-я стрелковая дивизия, отражали вражеские атаки на рубеже балок Трензина, Графская и Сухарная. Далее по скатам Мартынова оврага оборонялись бойцы 25-й дивизии. Смелой контратакой Чапаевцам удалось отбросить противника к верховьям оврага, предотвратив окружение частей 345-й дивизии и 138-й бригады.
