При этой мысли она почувствовала внутри неприятное покалывание. У нее был сильный Дар, она это знала. Но она его использовала только во время ссор с мужем или для того, чтобы незаметно внушить своей парламентской клике нужное ей мнение. Но какой смысл быть Равным, если не делать того, что недоступно простолюдинам?
Если бы только она могла вызвать ветер и дождь. Ее пальцы судорожно дернулись, как будто насмехаясь над ней.
– Назад! – рявкнула Боуда в микрофон наушников. – Возвращаемся.
Когда вертолет развернулся по направлению к административному центру Бора, ее способности Равной наконец-то пригодились.
В темноте она увидела бегущего мужчину:
– Там. Видишь его? Пятьсот метров, справа. Кеслер, подстрели его. Но он нужен живым.
Сначала никто из простолюдинов не заметил бегущего мужчину, но пилот покорно повернул вертолет под углом, и вскоре раздались крики – увидели наконец.
Ветер с ревом обрушился на Боуду, когда Кеслер открыл дверь вертолета. Ружье выстрелило, мужчина упал.
Не совсем впустую потраченная ночь.
В изоляторе временного содержания мужчина предстал перед Боудой и ее командой, охранникам Бора оставалось только наблюдать за происходящим со стороны.
– То, что мы тебя поймали на месте преступления, мне недостаточно, – резко начала Боуда. – Мне нужны имена.
– Я не знаю никаких имен, – ответил мужчина.
Рука Боуды взметнулась, его руки были скованы за спиной наручниками, защититься от удара он не мог.
– А ты подумай, – прошипела Боуда. – Кто пользуется популярностью? Кто недоволен? Кто спорит?
– В Боре отбывают дни двадцать тысяч человек. Откуда мне знать про них что-то?
Боуда кивнула, и Кеслер ударил мужчину прикладом винтовки в живот. Тот вскрикнул и сложился пополам.
– То, что ты сделал, – продолжала Боуда, – малая часть большого плана. Так кто дал тебе задание поджечь сараи? А потом я выясню, кто ему дал задание. И так я буду находить каждого, кто за этим стоит, пока не распутаю весь клубок. Повторяю, мне нужны имена.
Боуда работала всю ночь и следующий день. К тому моменту, когда она решила сделать перерыв на короткий сон, у нее был список из семи имен и место запланированной на ближайшую ночь диверсии.
Озимые посадки ячменя в секторе «Е», Восточный Бор: ячмень почти вызрел, стоит высотой в рост человека. Но вместо сбора хорошего урожая поля превратят в море огня и удушающего дыма.
В темноте горящие колосья излучали зловещий свет. Боуда ясно видела, как огонь, клубясь, быстро распространяется, двигаясь стеной. Сразу за этой стеной – полоса светящихся головешек. А еще дальше – только мертвая, выжженная до черноты земля.
Огонь распространялся очень быстро, пожирая огромные площади. Каналы – это не только оросительная система, но и противопожарные полосы. В их пределах огонь уничтожит все, одна надежда – искры не преодолеют водную преграду, и пожар не перекинется на другие поля.
Допустить такое разорение – это значит гарантировать победу подстрекателям, даже несмотря на то, что было принято обдуманное решение позволить им совершить этот поджог, чтобы поймать зачинщиков.
Охранники займутся поимкой преступников, а Боуда, возможно, выступит в роли пожарного.
В конце концов, она – Равная. У нее не получилось сканировать мозги Файерса. Она не смогла снять приступ у лорда Рикса. А здесь у нее получится?
Ее свекровь Талия Джардин любила рассказывать, как в детстве ее сестра жарким летом замораживала ров Орпен-Моута, чтобы они могли покататься на коньках. И достаточно вспомнить события у острова Горреган – Равные женщины Великобритании общими усилиями вздыбили море и уничтожили флот Наполеона. Большое полотно «Корабли, севшие на мель у острова Горреган» висело в гостиной «Эплдарема», и на витражах в Хайвителе была изображена та же сцена.
Ее пальцы снова судорожно дернулись, как прошлой ночью. Тогда Боуда решила, что это слабость. Сегодня она не склонна была так думать. Внутри нагнеталось нетерпеливое раздражение.
– Подлетите как можно ближе, на десять метров, – потребовала в микрофон Боуда. – Повисите немного.
Вертолет, приблизившись к огню, дернулся, как испуганная лошадь, и завис в воздухе. Для Равного прыгнуть с такой высоты ничего не стоило. Боуда поставила ноги на полоз и сиганула.
Кашляя от черного дыма, она побежала по тлеющим стеблям к ирригационному каналу, который увидела сверху. Упала на колени. Потянулась к кромке воды.
Боуда предполагала, что ей придется вызывать Дар из глубин тела, но ничего подобного, он уже рвался на поверхность покалыванием в кончиках пальцев. Боуда закрыла глаза. Она чувствовала Дар, пульсирующий в каждой клеточке пальцев, и холодную, беспокойную воду.
Боуда отметила момент, когда начался процесс диффузии: Дар втекал в воду по ее команде. Головокружительное ощущение. Она потянулась еще дальше к воде. Почувствовала ответвление оросительного канала, а за ним большую инертную массу воды в магистральном канале.
Инертную, но настороженно выжидающую.
Дар на это способен? Она может это сделать? Невообразимо!
