Здесь стояли повозки: фургон и небольшая двуколка, а также фаэтон Иокасты — открытый двухколесный экипаж, похожий на большие сани с обитым синим бархатом мягким сиденьем. Джейми приподнял меня за талию и подсадил в экипаж, а потом забрался в него следом. Сиденье было накрыто шкурой буйвола — Джейми постелил ее на пол, где как раз хватало места для двоих, если они были не против тесных объятий.
— Ложись, саксоночка, — произнес Джейми, опускаясь на колени. — А остальное… остальное подождет.
Я охотно согласилась. Однако не могла не задержаться на грани сна, чтобы спросить:
— Твоя тетушка… ты ей веришь? В ее рассказ про золото и прочее?..
— Конечно, верю, — пробормотал Джейми мне на ухо и обнял за талию. — Насколько вообще могу ей доверять.
Когда жажда и голод наконец вынудили нас покинуть убежище, мы вышли из сарая и направились к дому, мимо тактично отводящих взгляды рабов, которые до сих пор убирали следы праздника. На краю лужайки я увидела Федру — она шла мимо склепа с полными посудой руками. Лицо ее распухло и покрылось пятнами.
Увидев нас, Федра остановилась.
— О, мастер Джейми, мисс Ио вас ищет.
Она говорила монотонно, как будто слова утратили для нее всякий смысл и словно не замечала ничего странного ни в нашем внезапном появлении, ни во взъерошенном виде.
— Да? Ладно. — Джейми провел ладонью по лицу. — Хорошо, поднимусь к ней.
Федра кивнула и повернулась, чтобы уйти, когда Джейми коснулся ее плеча.
— Мне очень жаль, что так получилось, — тихо сказал он.
Из ее глаз вдруг хлынули слезы. Федра коротко присела в реверансе и поспешила прочь так быстро, что уронила нож в траву. Я подобрала его, и ощущение рукояти в ладони внезапно и ярко напомнило мне о другом ноже, которым я резала мертвую плоть матери этой девушки. На краткий миг я будто очутилась не на лужайке перед домом, а в темном сарае с тяжелым запахом смерти.
Странное мгновение прошло, и я вернулась на залитую солнечным светом зеленую траву, где стайки голубей и воробьев мирно искали крошки у подножия мраморной богини.
Джейми, оказывается, что-то говорил.
— …иди искупайся, отдохни, саксоночка.
— Что? Ох… нет, я пойду с тобой.
Ужасно захотелось поскорее покончить со всем этим и уехать домой. Хватит с меня светского общества.
Иокаста, Дункан, Роджер и Брианна сидели в гостиной за достаточно плотным, хоть и поздним завтраком. Иокаста и Брианна до сих пор были в пеньюарах. Дункан и Роджер успели переодеться, но выглядели потрепанными и бледными после ночных приключений. Оба заросли щетиной, а у Дункана вдобавок на скуле красовался огромный синяк, который он заработал при падении.
Роджер, скорее всего, рассказал всем о нашей беседе с Филипом Уайли и об исчезновении Лукаса. По крайней мере, никто не задавал вопросов. Дункан молча подвинул Джейми тарелку бекона, и некоторое время царила тишина, нарушаемая только мелодичным позвякиванием посуды.
Наконец, когда все насытились и восстановили силы, мы начали обсуждать события прошедшего дня и ночи. Случилось столько всего, что я предложила строго логично восстановить ход событий. Джейми криво усмехнулся, словно говоря, что я и логика — понятия несовместимые, но я закрыла на это глаза и твердо объявила наше заседание открытым.
— Началось все с Бетти, не так ли?
— Даже если и нет, это неплохая отправная точка, — согласился Джейми.
— Продолжайте, мисс Марпл, — взмахнула Брианна кусочком тоста и тут же отправила его в рот.
Роджер сдавленно хмыкнул, но я с достоинством проигнорировала и это.
— Хорошо. Я сразу решила, что Бетти была отравлена. К сожалению, доктор Фентиман помешал мне ее вовремя осмотреть. Однако мы все более-менее уверены, что она действительно выпила пунш с опием, верно?
Я оглядела собравшихся. Бри и Джейми кивнули, наконец приняв серьезный вид.
— Да, я почувствовал в бокале странный вкус, — сказал Джейми.
— А я поговорила с рабами, — добавила Брианна, подавшись вперед. — Две женщины признали, что Бетти любит… любила допивать остатки из бокалов на праздниках, но обе настаивали, что она была лишь «навеселе», когда подавала гостям пунш в гостиной.
— Я в то время находился в гостиной с Шеймусом Хэнлоном и его музыкантами, — подтвердил Роджер. Он глянул на Бри и ласково сжал ее коленку. — Я видел, как Улисс лично готовил пунш… Скажите, вы его делали первый раз за день, Улисс?
Все повернулись к дворецкому, который с непроницаемым лицом стоял за стулом Иокасты. Аккуратный парик и отглаженная ливрея как будто безмолвно упрекали остальных в их неряшестве.
— Нет, второй, — тихо ответил он. — Первый пунш весь выпили за завтраком.
Его покрасневшие глаза смотрели настороженно, однако лицо казалось выточенным из серого гранита. Недавние события стали пятном на безупречной репутации дворецкого.
— Ясно.
Роджер вновь повернулся ко мне, потирая щетину. Похоже, он и не спал после разговора с Уайли.
— Я не видел Бетти, но, думаю, обратил бы внимание, если бы она тогда успела напиться в стельку. Улисс бы тоже наверняка это понял.
Он глянул через плечо на дворецкого, и тот неохотно кивнул.
