Король закончил говорить и оглядел визитёров, наслаждаясь произведённым эффектом. Те и вправду потеряли дар речи.
– И как нам его называть? – озадаченно спросил Фло.
– Ах да! – спохватился король. – Рядом со мной стоит Офидо Атат, королевский язык и палец.
– Кто-кто? – прошептал Оскар и поймал на себе злобные взгляды короля, Офидо и Лики.
– Советник и правая рука короля! – громко ответила Лика. – Он ведёт все дела.
– Какие дела?
– Дела королевства, потому что у короля есть занятия поважнее! Да замолкни уже наконец!
Король остался доволен тем, что Оскар получил выволочку, и обратился к девочке:
– Я знаю вас и ваших волков, досточтимая заклинательница Лика, рождённая волчицей! О вашем прибытии доложили.
Лика погладила Гекато, не отводя глаз от эльфа. Холодным тоном король спросил:
– А вы кто такие, незнакомцы? Как ваши имена? Волк не захотел или не смог их назвать.
– Я Оскар.
– А я Флориан, но можете звать меня Фло.
– А я Хлюп! Приятно пофнакомитьфа, король Хмырь Брамаманд… – Хлюп запнулся, позабыв королевское имя.
– Таль Аванданда Цветоморский! – поправил эльф с кислой миной.
– Тофно, Фветомерфкий!
– Не «мерз», а «морс»!
– Ой, морф? Где?! Я бы попил ф удовольфтвием! – Хлюп оглянулся, а значит, перестал смотреть королю в глаза, и Лика сердито пихнула его в бок.
Король тяжело вздохнул и перевёл взгляд на мальчиков:
– Итак, Оскар и Флориан, откуда к нам пожаловали? Кто ваши предки?
– Вы знаете город Лессен? – спросил Оскар, хотя догадывался, каким будет ответ, потому что никто, кроме самих лессенцев, даже не подозревал о существовании этого богом забытого уголка земли. Вот и король эльфов молча поджал губы. – Так вот, мои родители оттуда…
– Но мы не знаем, кто они такие! – перебила его Лика. – Мальчики сироты, я встретила их в Луженбуле.
Оскар прикусил язык. Невероятно глупо, что он завёл речь о своей настоящей семье. Его же разыскивают!
Король вроде бы остался доволен ответом. А может, гости ни капельки его не интересовали. Скорее второе, решил Оскар, глядя, как эльф зевнул, прикрывшись шёлковым платком.
Но королевский советник поглядывал на них недоверчиво.
– Сироты, значит? Ну-ну… – тихонько процедил он и улыбнулся широкой фальшивой улыбкой. Оскару почему-то вспомнился календарь с ржущим конём в комнате у тёти Бетти.
Король спрятал шёлковый платок в карман:
– Что ж, Лика, отвечайте, что привело вас в Страну эльфов?
– Наши друзья Фенрир Тёмный и Хлюп ранены, и только вы с вашими мудростью и добросердечием, известными всему миру, можете их исцелить!
Король расплылся в улыбке. Эльфам очень нравится, когда им на уши навешивают лапшу. Во всех театрах Страны эльфов добрую часть пьесы занимали похвалы королю. Надо сказать, что именно эту часть зрители больше всего и любили, а сами постановки разыгрывали уже после антракта перед пустым залом.
Эльфы и в самом деле ужасно тщеславны, но всё же Оскар любовался королём: точёные скулы, развевающиеся волосы, стройное мускулистое тело в одеждах из тонкой ткани, шелестящей на ветру.
А вот скрюченный старик Оскару сильно не понравился – советник короля до жути смахивал на сапог. Явно какой-то брюзга и зануда. Каждый раз, встречаясь с ним глазами, Оскар чувствовал, что старик как-то сразу его невзлюбил, а то и возненавидел.
Офидо почему-то не сводил с него глаз. Казалось, что королевский советник смотрел только на него, на Оскара! Хоть бы раз на кого-нибудь другого взглянул: на Лику или на Фло!
Офидо словно прочитал его мысли. Он повернулся к Лике и обратился к ней, шамкая беззубым ртом: его голос был таким же фальшивым, как и улыбка, застывшая на губах:
– Разумеется, в наши эльфийские обязанности входит исцеление страждущих, о великая заклинательница зверей! И всё же считаем своим долгом упомянуть, что присутствие дракона в нашей стране нежелательно долее необходимого срока!
– Чего-чего? Я ничегошеньки не понял, – прошептал Фло.
– Им не нравится Хлюп, – шёпотом ответил Оскар.
– Почему?
Глаза старого эльфа полыхнули огнём. Оскару в грудь словно вонзилось острое жало.
– Мы не хотим навлечь на себя гнев королевы Драконова пика Эльдер-Зарины, – продолжал советник. – Ведь драконы её заклятые враги, как и те, кто имеет с ними дело.
Король стоял молча, полный достоинства. Офидо по-прежнему сверлил Оскара взглядом, а вот двое стражников заметно забеспокоились.
– Ваше ве… – зашептал один.
– Что такое? – с досадой прошипел Офидо.
– Я лишь хотел почтительно напомнить, что нам пора.
– Почему? – спросил король. – Неужели вы не хотите послушать прекрасные и невыразимо печальные стихи о стражниках Страны эльфов, которые я написал своими слезами?
– Не сейчас, мой король…
– Кажется, я ослышался? – по-прежнему милостиво, но обиженно изрёк эльф.
Стражник склонился в глубоком поклоне:
– Ваше величество! Мы любим ваши стихи больше жизни! Однако сегодня полнолуние, и если не поспешить – оборотни снова загадят весь наш огород.
Благородные черты короля исказились в гримасе отвращения.
Советник отбросил всякую велеречивость:
– Так дуйте туда, чего вы застыли?! Мы тут без вас управимся!
– Вы уверены? – переспросил стражник.
