Лорна стояла в толпе около лестницы, болтая с худым, небритым рудокопом. Увиденная под определенным углом, Лорна действительно походила на Мэдди, но, когда она повернулась, иллюзия исчезла. «И все же, – подумал Лис, – она подойдет».
Лицо Лорны загорелось, когда она увидела Лиса. Она выглядела не такой невинной, как в первое утро, но была тем не менее чертовски привлекательной женщиной.
– Чем могу быть вам полезна, странник? – игриво осведомилась она.
– Я бы хотел поговорить с вами. Вот и все… пока, во всяком случае, – улыбнулся Лис и увидел, как растаяли ее зеленые глаза.
– Ну, еще одну минуточку! – закричал небритый рудокоп.
– Ты можешь подождать меня, – твердо сказала она. – Выпей еще. Я сейчас вернусь.
Вопреки здравому смыслу, Лис взял Лорну за руку и потянул ее на грязный деревянный тротуар. Прижав ее к переднему окну «Жемчуга», он сжал ее в своих мощных объятиях так, что она тяжело выдохнула.
– Сжальтесь! – задыхалась она, когда Лис позволил ей перевести дыхание. И снова он хищно целовал ее, а она чувствовала силу его похотливого желания, буквально пронзающего ее сквозь тонкое платьице из дешевого шелка.
– Вам это просто необходимо, – шепнула она. При дневном свете было видно, что волосы ее искусно покрашены, но Лис уговаривал себя, что бледная имитация в данном случае предпочтительнее, чем оригинал.
– Лорна, я вам нравлюсь? Я понимаю, что у вас не было большой возможности узнать меня, но не думаю, что с моей стороны будет большим нахальством сказать, что я лучше большинства мужчин, которых вы… встречаете здесь. – Он улыбнулся. – Я принимаю ванну, когда удается, моюсь каждый день, мне сказали, что на меня приятно посмотреть, и у меня есть деньги.
– Как, мистер Лис… Вы мне предлагаете? – пискнула Лорна.
– Не выйти за меня замуж, если вы это имели в виду, – сухо произнес он. – Как вы смотрите на то, чтобы совершить со мной небольшое путешествие? Я должен покинуть Дидвуд на несколько дней, а может быть и на пару недель, и я решил, что общество женщины не повредит мне. Я заплачу вам больше, чем вы бы заработали здесь, и позабавитесь вы получше!
– Ну конечно! – согласилась Лорна, почувствовав головокружение. – Можно я принесу вина?
– Что вашей душе угодно! – Он подавил смех и добавил: – Однако вы должны дать мне слово, что никому не расскажете о подробностях этого путешествия. Не упоминайте даже моего имени. Можете?
Она кивнула. Лис продолжал:
– Приносите с собою все, что вам будет нужно, в одном мешке и ждите меня на аллее, – он указал на проход между зданиями, – в полночь. Если планы изменятся, я дам вам знать. Понятно?
Захлопав в ладоши, Лорна кивнула и встала на цыпочки, чтобы наградить его робким поцелуем.
– Не знаю, смогу ли я дождаться! Это похоже на настоящее приключение!
– И не только в прямом смысле, – ответил Лис тихо. – Сейчас я иду в баню, но позже мы увидимся,
Лорна поскакала в дом, чтобы обслужить дующегося молодого рудокопа, а Лис зашагал к бане на углу Уолл-стрит. Только после того, как он исчез внутри, Беиджамен Эвери выглянул из-за угла Жемчужного театра. Посмотрев в обе стороны, он бросился бежать и бежал всю дорогу до дома, а его потные рыжие волосы стояли дыбом.
Джеймс Батлер Хиккок направлялся из конторы Пони-Экспресс в салун «Наталл и Манн 10». Увидев, что Лис выходит из конюшни, ведя за собой Уотсона, он поздоровался с ним и подозвал к себе.
– Билл! – Лис поднялся по улице, и они пожали друг другу руки. – Что с вами было?
Хиккок философски пожал плечами.
– Ну, прежде всего, я жив. А вы-то как? Охотилась ли за тобой Джейн Кеннери? Я уж подумал, что она загнала тебя в угол в Жемчужном театре и наконец вынудила уйти.
– Ценю вашу заботу, приятель, – горячо произнес Лис. – Визит Чарли помог мне встать на ноги, и я встал. Я намерен посетить ваш лагерь и всех вас поблагодарить.
– Чарли большую часть времени был в отъезде, разъезжая по делам Пони-экспресс.
– А как Горе-Джейн? Она предложила мне помочь достроить хижину, но я тогда уклонился и с тех пор старался избегать ее. Я предположил, что она занята в вашем деле или приобщилась к религии с помощью проповедника Смита. Однажды я видел ее с сияющими глазами среди его аудитории.
Хиккок засмеялся, при этом его длинные волнистые волосы покачивались в такт смеху.
– Вот это забавно, сынок! Джейн и Смит! Но я не стал бы смеяться над Генри. Он славный человек, я слышал, он оставил семью и приехал на Запад трудиться на ниве своего хозяина.
На какой-то момент Билл опустил взгляд на землю, а затем с кривой улыбочкой сказал:
– Во всяком случае, на некоторое время мы избавлены от Джейн. Она уехала в Рэпид-Сити, полная надежды найти буйвола и проехаться на нем верхом по Главной улице. Это слухи.
– Хорошие слухи! – Лис зашагал с ним в ногу, ведя за собой Уотсона. Они направлялись к салуну «Наталл и Манн 10». Бешеный Билл был в прекрасном настроении и необычно разговорчив. Он поведал Лису, что только что отправил письмо жене, Агнессе Лейи, «знаменитой артистке цирка». Билл всегда добавлял это, и Лис не мог понять, связано ли это с гордостью или ощущением собственной никчемности.
