– Держу пари, что это так! Ну что ж, теперь, когда этот камень упал с моей души, мне бы хотелось закрыть глаза и заснуть мертвым сном. Я забыл, что эти советы могут продолжаться часами, в курении, разговорах и снова в курении и разговорах. – Он зевнул: – Поспим, что ли, Огненный Цветок?
– Что значит «Огненный Цветок»? – осведомилась Мэдди, игриво пожав плечами. Он приоткрыл один глаз.
– Кажется, так вас назвали люди лакота. Не каждый день среди них появляется женщина с огненными волосами! Ну, а теперь давайте ложиться. Уже почти рассвело.
Положив голову на его согнутую руку, Мэдди обратилась к нему:
– Лис?
– Что?
– Мы когда-нибудь поговорим о настоящей причине?
Он слегка напрягся.
– Вы имеете в виду Улыбку Солнца?
– Нет, не это, – сказала она, почувствовав себя виноватой за то, что в этот вечер совсем не думала об Улыбке Солнца. – Я знаю, что вы сразу скажете мне, когда о ней станет что-нибудь известно, и понимаю, что на это нужно время. – Она глубоко вздохнула: – Я говорю о вашей тайне. О тени, которая преследует вас. Именно поэтому у вас такое настроение, и вы только поэтому так поступили со мной. Вы не можете по-прежнему убегать от этого. Лис, что бы это ни было. Вы должны смело посмотреть этому в лицо, и…
Он открыл глаза иуставился на Мэдди своими чистыми, голубыми, как океан, глазами. Это заставило ее замолчать на середине фразы.
– Я знаю, – просто сказал он.
– Знаете? – Мэдди задохнулась слезами.
– Я не так глуп, как притворяюсь, милая. Я знаю, о чем вы говорите, и даже больше. Если вы еще потерпите, думаю, я сделаю еще несколько шагов в битве с моими демонами.
Улыбнувшись, увидев радость на ее лице, Лис снова закрыл глаза и добавил:
– Но сначала мне надо отдохнуть. Ложись, женщина!
Широко улыбнувшись, она подчинилась.
Утро было прекрасным. Лис встал рано, несмотря яа свои ночные протесты против разговоров. Он шепнул сонной Мэдди, что собирается поплавать с Голодным Медведем, а может быть, и поохотиться на другой стороне Бир Батта. Она с закрытыми глазами сонно поцеловала его и сноза погрузилась в сон.
У племени лакота был обычай: вождь на рассвете подходил к каждому типи и криком «Ко-о-о!» давал знать, что начался новый день. Когда племя кочевало, люди проворно поднимались, но в такое время, как сейчас, можно было и не столь рьяно подчиняться взывающему. Мэдди дважды услышала зов за затвором своего типи и все же продолжала дремать, и с улыбкой думала об имени, которым назвал ее Лис. Огненный Цветок! Имя было настолько красиво, что она боялась надеяться, что лакоты действительно сделали ей такой прелестный подарок.
Наконец к типи подошла Сильная и позвала свою новую подругу:
– Огненный Цветок! Ты больна?
Мэдди приподнялась на корточки и отодвинула затвор типи.
– Так это правда? У меня новое имя!
Сильная улыбнулась:
– Тебе оно нравится?
– Это самое замечательное имя, которое я когда-либо в жизни слышала!
– Все восхищаются твоими волосами. Люди не могли не дать тебе имя в честь твоих волос, прекрасного лица и фигуры, все говорят, что ты красива, как цветок, а волосы у тебя похожи на огонь. Лучше я объяснить не могу. – Вдруг она встревожилась: – А может быть, ты хотела бы имя, которое прославляло бы твой ум? Ты не обиделась?
– Конечно же нет! Я никогда и не мечтала, что буду принята твоим народом и даже заслужу имя. Я высоко ценю это. Я польщена.
Сильная вежливо кивнула и замолчала. Она явно не понимала, почему Мэдди находится все еще в типи, хотя пришло время войти, но хорошие манеры удерживали ее от прямых расспросов.
– На берегу ручья выросла новая земляника, – сообщила она. – Обычно в такие жаркие дни ее много. Женщины только что заметили ее, она краснеет в траве после дождя. Мы идем собирать ее.
– Если я потороплюсь и оденусь, можно мне пойти с вами?
– А почему я здесь, – посмеиваясь, ответила Сильная. – Не торопись, не нужно. Ягоды растут для всех нас.
Накинув рубашку и с трудом влезая в потрепанное красное ситцевое платьишко, Мэдди поинтересовалась:
– А как на вашем языке будет «земляника»?
– Вазустека, – ответила Сильная, наблюдая с интересом, как подруга пытается одеться без посторонней помощи.
– Ва-зу-сте-ка! – медленно повторила Мэдди. – Мило!
– Ух!.. – не вытерпела Сильная. – Ты никогда не думала, что твоя одежда…
– Нелепа? – весело докончила Мэдди. – Когда я жила в городе, где все одевались так же, я не думала об этом, но после того как мы приехали на Запад, мне стало все труднее и труднее носить мои платья. Я не понимаю, почему они сделаны так, что женщина не может одеться сама. Ты поможешь мне? – Она повернулась спиной и умоляюще взглянула через плечо.
Сильная в замешательстве смотрела на застежку. И, правда, только белые могли придумать такую глупость! Мэдди подлила масла в огонь, весело описав корсет – эту муку белых женщин, на которую они пошли добровольно, и закончила кратким описанием полной фривольности – шелковых чулок!
К тому времени, когда она закончила, Сильная справилась с застежкой на спине Мэдди, и обе они задыхались от смеха.
