— Уж и не знаю, как объяснить то, что мы нашли в горах, — заговорил старший из дружинников. — Много тел змееборцев по лесам вокруг ущелья, все отравлены или задушены.
— Также как здесь?
— Да.
— Кто же это мог быть? Что за сила погубила их? На человека не похоже, скорее зверь…
— Или змея, — подала голос царь-девица.
— Таких больших змей не бывает, — ответил ей князь. — К тому же, змеи медленные, как змея могла справиться с таким количеством воинов?
— Если, ты князь, чего-то не ведаешь, не значит, что этого нет на свете, — усмехнулась Мара.
— Тогда скажи мне, что это за змея такая?
— Я не знаю, — призналась царица. — Но тела павших свидетельствуют о нападении змеи, или змей.
Слушая разговор, Огнеслава тихонько поднялась из своего укрытия и, завернувшись в плащ, подошла к супругу. Заметив её, Аскольд окинул строгим взглядом всех присутствующих.
— Поприветствуйте княгиню Зеяжска! — громко произнес он.
Люди склонили головы в знак почтения. Мара лишь слегка опустила глаза. Князь осторожно взял жену под локоть.
— Княгине стоит больше отдыхать после пережитого, — негромко шепнул он возле её уха.
— Я знаю, где лагерь змееборцев, — решительно заявила Огнеслава. — Могу показать.
— Не нужно. Просто расскажите дорогу, — мягко произнес князь.
Огнеслава внимательно всматривалась в его лицо. Почему он держится так отстраненно? Она бросила быстрый взгляд на Мару. Та стояла полная сдержанного величия. Неужели из-за неё?
— Перед всеми вами, я хочу возблагодарить царь-девицу Мару Мериновну за её добрые дела! — громко произнес Аскольд, словами своими отвечая на не заданные вопросы жены. — Помощь эту не оценить словами. Она не только помогала нашим воинам, но и излечила змея Зеяжска.
Огнеслава, наконец, заметила, что змей все еще находится здесь. Прикрыв веки, чудовище спало глубоким сном. Тело его было свободно, переливаясь серебристой чешуёй, как раньше, ни единого следа от ранений не осталось. Похоже, царь-девица великая колдунья-врачевательница. Вот кому Аскольд теперь обязан сохранением жизни своего друга и основы власти! Княгиня вновь почувствовала собственную бесполезность и беспомощность. Её жалкие попытки, видимо, ничего не стоили. Устыдившись, она опустила взгляд.
— Я останусь здесь, пока змей не сможет подняться в небо, — продолжил князь. — Лучшим же из моей дружины надлежит сопроводить княгиню домой в Зеяжск.
Огнеслава взглянула на него почти испуганно. Он отсылает её?
— Я могу остаться? Я не помешаю, — тихо, чтобы слышал только он, прошептала княгиня.
— Нет, — ответил Аскольд. — Вы должны заботиться о своем здоровье. К тому же, это неприемлемо для женщины вашего положения, — мягко, но непререкаемо говорил он. — Ждите меня дома, дорогая супруга. Матушка позаботится о вас пока я в походе.
— А разве приемлемо княгине ехать без мужа в сопровождении посторонних мужчин, даже если это лучшие из лучших? — возразила Огнеслава.
— Я могу отправить с княгиней пару женщин из моей личной охраны, — хитро улыбнулась царь-девица. — При моем дворе их положение достаточно высоко, чтобы сопровождать высокопоставленную особу.
— Царица очень щедра, — слегка склонил голову князь. — Разумное предложение, — и добавил, взглянув на княгиню. — Теперь можно не беспокоиться, все правила соблюдены.
Огнеслава обиженно поджала губы. Эти слова, как пронизывающий северный ветер зимой. Разве сейчас время и место говорить настолько официальным слогом? Аскольд усадил её у костра и велел подробно рассказать о местоположении вражеского лагеря. После, напоив горячим настоем шиповника с медом, отправил переодеться и подготовиться к дороге.
То и дело Огнеслава поглядывала на царицу и понимала, что та никуда не собирается. Она останется здесь, с князем. Вдруг пришло осознание, что внутри её разъедает ревность. Безумная ревность, которая, возможно, не имеет оснований. Но разве ум может совладать с любящим сердцем?
Переодевшись в свежие одежды, более пригодные для походов по горам, чем платье, что было на ней, Огнеслава умылась и переплела косы. Её лицо снова сияло красотой и здоровьем, словно и не было ничего, словно только что покинула терем на острове. Но не хватало очень важной вещи. Она бродила меж камней, пытаясь найти подвеску с рубином. Её нигде не было. Похоже, рубин исчез без следа. Как же так? Даже без своего содержимого, он по-прежнему ценен, ведь это подарок. Первый подарок, который она получила от мужа.
Девица тихонько приблизилась к змею. Возможно, украшение осталось рядом. Чудовище пошевелилось, Огнеслава взглянула на него. Огромные веки пришли в движение, открывая красно-золотые глаза.
— Я рада, что ты жив, — проговорила княгиня, чуть попятившись. — Прости меня и выздоравливай.
