— О, великолепно, — вздохнул фермер при виде клинка из чистого голубого света. — Только не одна из этих. Еще чего не хватало.
— Да, — сказала девушка, твердо держа меч перед собой. Живот подводило от страха, но голос она контролировала. — Я падаван Этейн Тур-Мукан. Вы можете попробовать меня выдать, если хотите проверить мою сноровку, но я бы предпочла, если бы вы мне помогли. Вам решать, сэр.
Фермер уставился на меч, словно прицениваясь к оружию.
— Твоему учителю эта штуковина не особо-то помогла, да?
— Мастеру Фулье не повезло. К тому же его предали. — Этейн опустила клинок, но не выключила. — Так вы поможете?
— Бандиты Геза Хокана всех нас просто уроют…
— Сдается мне, они сейчас заняты, — сказала Этейн.
— Чего тебе от нас нужно?
— Пока только ночлег.
Фермер задумчиво втянул воздух сквозь зубы:
— Ладно, пошли, падаван…
— Пожалуйста, называйте меня просто Этейн. — Девушка выключила меч, клинок с шипением погас, и она сунула рукоять под плащ. — Просто для верности.
Этейн двинулась следом за провожатым, стараясь не вдыхать собственное амбре, но разило так, что кружилась голова. Даже гданы, охотящиеся по запаху, теперь не опознали бы в ней человека. Небо становилось темнее, и фермер то и дело оглядывался на нее.
— О-хо-хо. — Он покачал головой, словно продолжая некий мысленный монолог. — Я Бирхан, а это моя земля. Но я думал, ваша братия умеет проделывать всякие трюки с мозгами.
— Почему вы решили, что я не проделала? — соврала Этейн.
— О-хо-хо, — только и произнес фермер.
Раз он сам не заметил, Этейн не собиралась открывать ему очевидный факт. Она была разочарованием для своего учителя и явно не лучшей в своем кругу. Девушка с трудом управлялась с Силой, имела проблемы с самодисциплиной, а здесь оказалась лишь потому, что мастер Фулье был поблизости и увидел работу для себя. Ее учитель никогда не мог устоять перед вызовом, перед риском, и похоже, что он наконец-то поплатился за это. Тела его еще не нашли, но от него не было ни слуху ни духу.
Да, официально Этейн была падаваном.
Просто еще чуть-чуть — и ее отправят возводить пермакупола в лагерях для беженцев. Девушка сказала себе, что искусство джедаев в какой-то степени базируется просто на использовании законов психологии. И коль скоро Бирхан склонен верить, что Сила в ней велика и что простая нескладная девчонка, испачканная в вонючем навозе, не так проста, как кажется, — ну, ее это вполне устраивает.
Так она проживет еще немного и сможет поразмыслить, что делать дальше.
БАЗА СЛУЖБЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ СИЛ ФЛОТА, ОРД-МАНТЕЛЛ, КАЗАРМЕННЫЙ БЛОК 5-ЭПСИЛОН
Глупо. Потрясающе глупо.
Чтобы занять руки, РК-1309 чистил сапоги. Он протер застежки, струей воздуха из нагнетателя выдул красную пыль. Выстирал вкладыши и протряхнул досуха. Нечего лодырничать в ожидании заморозки.
— Сержант?
Он поднял голову. Спецназовец, который вошел в комнату, сложил на противоположную койку НАЗ — носимый аварийный запас, броню и черный нательник и уставился на него в ответ. На инфопанели был написан его номер: РК-8015.
— Я Пятый, — представился солдат и протянул руку. — Так ты тоже, выходит, потерял все отделение?
— Девятый, — ответил РК-1309, не принимая руки. — Так ты,
— Да.
— Отстал, когда твои братья шли вперед? Или просто повезло?
Пятый выпрямился и упер руки в бедра. Он был абсолютно во всех отношениях таким же, как Девятый, но только… другим. Разговаривал чуть-чуть иначе. Пахло от него слегка иначе. Жестикулировал… не так, как в отделении Девятого, совсем не так.
— Я свою работу сделал, — осторожно произнес Пятый. — И лучше бы сейчас был с ними, чем здесь…
Девятый несколько секунд глядел на него, потом вернулся к своим сапогам. Пятый спрятал снаряжение в шкафчик между кроватями, затем одним прыжком взлетел на верхнюю койку. Очень точным движением он сложил ладони под голову и уставился в потолок, словно медитируя.
Будь на его месте Седьмой, Девятый даже не глядя точно знал бы, что он делает. Но Седьмого больше не было на свете.
Клонам-солдатам доводилось терять братьев во время обучения. Спецназовцам тоже. Но для солдата коллективом было отделение, взвод, рота или даже полк, а потому даже после неизбежной гибели кого-то на полигоне вокруг него оставалось достаточно людей, которых он хорошо знал. Коммандос же работали исключительно друг с другом.
Девятый потерял всех, кто рос вместе с ним, и Пятый тоже.
Однажды он уже потерял на учениях брата — Два-Восьмого. Трое оставшихся с радостью приняли в свое отделение новичка, хотя им всегда казалось, что он держится немного иначе — слегка отстраненно, как будто не веря до конца, что его считают своим.
Однако ожидаемые нормативы они выполняли — а раз так, каминоанским техникам и разношерстному сборищу инопланетных инструкторов было безразлично, что они думают.
Солдатам безразлично не было. Просто они держали свои мысли при себе.
— Это было глупо, — сказал Девятый.
— Что глупо? — спросил Пятый.
