Саяпин с Барабаном это время не теряли зря. Когда Антон с Региной подошли к ним, места захоронения уже не было видно, а Юра открыл оба кейса.
– Ничего себе! – вырвалось у Антона, когда он, заглянув через плечо Ежа, увидел уложенные в пачки и перетянутые лентой доллары. – И сколько здесь?
– Много, – ответил Юрий. – А здесь, по-видимому, его архив. – Он раскрыл следующий кейс.
В нем были видео– и аудиокассеты, пеналы с фотопленкой, дискеты, какие-то конверты и папки.
– Какие будут предложения? – Антон обвел взглядом товарищей.
– Для начала дайте мою долю и отпустите, – выдавил из себя Барабан.
– Чего? – лицо Ежа вытянулось от удивления. Он развернулся в его сторону: – Что ты сказал?
– Мужики, – взмолился Барабан, – мне конец. Линять надо… Меня теперь из-под земли достанут.
– Слушай, придурок. – Антона вновь начал злить этот амбал. – Кому ты сейчас нужен? Это нам, по идее, линять надо, а не тебе.
– Чего ты понимаешь? – зло бросил Барабан. – Ты хоть знаешь, как Реш с такими, как я, поступает?
– Не знаю и знать не хочу. – Антон скрипнул зубами. – В твоих интересах с нами быть.
– Во, блин, дают! – не выдержал Саяпин. – Полдня таскают за собой человека с дыркой в груди и ломают голову, что делать.
– Да ладно, – Туров недовольно скривился. – Потерплю. Да и куда меня сейчас с огнестрельным без шума примут?
– Примут! – уверенно заявил Еж. – У меня знакомый врач в одной поликлинике есть. За бабки примет.
– Не Быков случайно? – поинтересовался Барабан.
– Он самый. – Еж удивленно посмотрел на Рудика. – А откуда знаешь?
– Знаю, – он усмехнулся. – Бычок нашу братву частенько отхаживает. У него дома целая операционная.
– Ну так в чем вопрос? – удивился Антон. – Ты, Еж, вместе с Барабаном везите Толика к своему врачу. Мы с Региной и Юрком рванем к Поляковой.
– А к ней-то зачем? – удивился Саяпин.
– Ко мне сейчас опасно, это во-первых, а во-вторых, у нее наверняка есть знакомые с компьютером, – он кивнул на кейсы, стоящие в траве рядом с машиной. – Надо ознакомиться с материалом.
– Так где вас искать? – заволновался Еж.
– Запоминайте, – на секунду задумавшись, Антон назвал адрес Поляковой…
Лена встретила гостей настороженно. Долго не открывала двери, разглядывая приехавших в «глазок».
– Что случилось? – спросил Антон, когда наконец она впустила их в квартиру.
Лена вздохнула:
– Час назад решила мусор выбросить и в дверях с соседкой столкнулась. Говорит, что мной с утра, когда она собаку выгуливала, какой-то нерусский интересовался, со шрамом. По описанию, это – Спартак.
– Так, – протянул Антон, усевшись на край незаправленной кровати. – Значит… – Он не договорил, но всем стало ясно, о чем он подумал. – Где дочь?
– Вчера в больницу отвезли.
– Что-нибудь серьезное? – Саяпин сделал озабоченное лицо.
– Да как обычно. Она половину времени там проводит.
– Это хорошо, – задумчиво произнес Антон. Затем, встретившись с осуждающим взглядом Регины, поправился: – Я в смысле того, что ее дома нет. Ладно! Нам нужен компьютер и кое-какая видео– и аудиоаппаратура.
Лена взяла с журнального столика связку ключей.
– Пойдемте.
– Это далеко?
– В соседнем подъезде.
– Тогда я выйду первым, – предложил Саяпин, – осмотрюсь, а вы следом.
– Ты же этого урода в лицо никогда не видел, – удивился Антон.
– Здрасте! – Юра усмехнулся. – Если убитый в машине, как вы говорите, точная копия, только без шрамов, то мне больше ничего не надо. После всего я еще смотаюсь к нему на квартиру и проверю, не появлялся ли он там.
– Кто здесь живет? – поинтересовался Антон, когда Полякова, открыв своими ключами дверь, впустила их в незнакомую квартиру.
– Сейчас никто. Хозяева уехали в Турцию, а меня попросили присмотреть. Здесь есть все, что вам нужно.
– Здравствуйте, – Саяпин приветливо улыбнулся двум бабушкам, сидевшим на скамейке у подъезда. – У меня здесь один знакомый живет, Спартак. Может, слышали?
– Уже не живет, – оглядев Юрия с ног до головы, сухо ответила одна из них. – Помер ваш товарищ… Вернее, убили его.
– Как так убили? За что? – Юра сделал удивленное лицо.
– За что, – передразнила сидящая рядом женщина. – А за что сейчас убивают? – Она вопросительно посмотрела на свою собеседницу: – Мафия.
– Да какая мафия. Он же честно работал! – продолжал строить из себя простачка Саяпин.
Видимо, «лицо кавказской национальности», как принято сейчас называть всех выходцев с югов, не пользовалось популярностью у проживающих здесь граждан.
Обеих старух как подменили. Из мирно беседующих божьих одуванчиков они вмиг превратились в двух мегер.
– Да как это честно? Я вот честно проработала – и что? Пенсия на хлеб и воду. Зять и дочь с двумя детьми в однокомнатной квартире ютятся – тоже честно работают. А этот приехал. Купил трехкомнатную квартиру… Машины менял каждый месяц. Даже домработницу нанял!
Юра уже начал волноваться, что привлек внимание всего двора, и хотел ретироваться, как одна из бабушек толкнула другую в бок:
– Тише! Вон его родственники приехали.
Обернувшись, Юра увидел, как из припарковавшегося неподалеку автомобиля вышли двое парней, по виду той же национальности, что и безвременно почивший Спартак.
