Пока Антон ел вареное мясо, посыпанное крупно нарезанным луком, чеченец, изредка поглядывая в его сторону, смотрел телевизор.
Незаметно для себя Антон вновь начал обдумывать способы своего освобождения. Попытка напасть и обезоружить Салмана сейчас или во время завтрака обречена на провал. В лучшем случае ему удастся завладеть пистолетом, но не более. Оставшийся за дверью Момпса тут же поднимет тревогу.
Попытаться бежать ночью? Нужен любой предлог для того, чтобы открыли дверь. Но он абсолютно не знает дома, системы охраны.
Самый верный и надежный способ остаться в живых – это вести себя как ни в чем не бывало, выехать с Гурно и его людьми к банку, а там, на месте, попытаться привлечь к себе внимание службы безопасности и милиции. Но этот способ давал шанс лишь выжить, но не более. Ни Антону, ни чеченцам контакты с правоохранительными органами не сулят ничего хорошего.
Приняв окончательное решение уходить ночью, он допил чай и отодвинулся от стола.
Сидевшая в простенке между окнами горничная, собрав грязную посуду на поднос, направилась к выходу. Антон посмотрел на Салмана. Судя по всему, тот уходить не торопился.
«Интересно, он собирается здесь всю ночь так сидеть?» – с тревогой подумал Антон, но не прошло и минуты, как в комнату вошла Даша. В руках у нее были костюм, паспорт и ключи от квартиры, которые, по-видимому, были приняты чеченцами за те, которыми он должен открыть мифический сейф.
– На, примерь, – отойдя к окну, она закурила.
Дождавшись, когда Антон оденется, Даша подошла к нему и, одергивая пиджак, неожиданно постучала пальцем по правому карману. По ее действиям и заговорщицкому взгляду он догадался, что там есть что-то такое, что нужно достать, когда все выйдут.
Отойдя к дверям и оглядев его с ног до головы, она, выставив вперед руку, показала большой палец:
– Отлично. Как по тебе шит!
Когда комната наконец опустела, а двери были закрыты, Антон вынул из кармана сложенный вчетверо листок и развернул его. Это была записка, написанная шариковой ручкой, четким, каллиграфическим почерком.
«Сегодня с часу ночи до половины второго буду ждать тебя у лестницы на первом этаже. Первый патрон в обойме у Салмана вареный».
Филиппов удивленно хмыкнул. С чего это Даша решила ему помогать? Не исключено, что этой дамочке довелось побывать и в зоне боевых действий. Даже бывалые солдаты не всегда знают, что один из способов вывести боеприпасы из строя – это несколько часов кряду держать их в кипящей воде. Обычно так поступали, когда афганцы, а впоследствии чеченцы, предлагали обмен натуральных продуктов на патроны.
Когда ночь окончательно вступила в свои права, а в доме прекратились шорохи и звуки, Антон подошел к телевизору. Выключив его из сети, он отсоединил шнур, оторвал разъем и зачистил концы проводов. Затем, вставив вилку в розетку, осторожно положил шнур на пол и направился к дверям.
Салман, по-видимому, спал, сидя на стуле. Глаза его были красными, а взгляд не вполне осмысленным.
– В сортир хочу. – Антон развел руками, словно ему было неудобно за прерванный сон человека.
Салман отошел в сторону, сняв с предохранителя пистолет, и, направив его на Антона, кивком головы разрешил выйти. Как ни в чем не бывало он прошел в туалет, однако, выйдя через несколько минут, направился не в комнату, а неожиданно бросился на своего надзирателя.
– Стой! – округлив глаза, выкрикнул чеченец. Почти одновременно раздался щелчок.
Обезоружить измотанного недосыпанием, сбитого с толку осечкой человека не представляло особого труда. С силой потянув его за руку, он развернул его к себе спиной и, схватив за волосы рывком, завернул голову назад. Мгновение, и ребро ладони опустилось на неестественно выпирающий кадык.
Глаза Салмана вылезли из орбит, а изо рта вместе с едва слышным хрипом вырвалась пена.
Подняв выпавший на пол пистолет, он несколько раз ударил Салмана рукояткой по голове и втащил в комнату. Прислушался. Снаружи было все по-прежнему тихо. Передернув затворную раму, выбросил приведенный в негодность патрон.
Взяв зачищенные концы провода, Филиппов соединил их. На секунду синий сноп пламени ослепил его. Когда Антон открыл глаза, света не было. Как он и рассчитывал, коротким замыканием выбило пробки. Вновь соединив провода вместе, он разорвал подушку и всунул их внутрь. Делал он это из расчета на то, что при повторном включении возникнет возгорание, которое отвлечет внимание охраны.
Закрыв двери оставленным Салманом в замочной скважине ключом, он обломил его.
Дом, погруженный в темноту, постепенно стал наполняться звуками. Хлопнула дверь, по-видимому, входная. Кто-то пробежал по первому этажу и, зацепившись за какой-то предмет, с грохотом упал. Послышалась ругань и чьи-то голоса.
Добежав до середины лестницы, Антон неожиданно почувствовал, что впереди кто-то есть, и замер.
– Я здесь, – послышался голос Даши. – Иди за мной.
