Как свидетельствует моя рабочая карта того периода, против китайских войск 3-го военного района стояла 13-я японская армия в составе четырех пехотных дивизий и трех смешанных (пехотно-кавалерийских) бригад. Дивизии трехполкового состава были в организационном отношении наиболее современными. В них насчитывалось 22 600 человек [229] (почти на две тысячи меньше, чем в дивизии старой организации), но зато такая дивизия имела в полтора раза больше орудийных стволов, в три раза больше легких танков и бронеавтомобилей, почти в пять раз больше автомашин. Примерная численность 13-й японской армии — 110–120 тысяч человек. Причем все три смешанные бригады и несколько пехотных полков охраняли тыловые коммуникации — шанхайский порт, речные порты и пристани на Янцзы, а также проходившую вдоль реки железную дорогу Шанхай — Нанкин.
В результате предшествовавших боевых действий главная группировка 13-й японской армии в районе Шанхай, Ханчжоу, Нанкин довольно далеко отстала от продвинувшейся на запад 11-й японской армии. Образовавшийся между ними 250-километровый разрыв обороняла 116-я пехотная дивизия со штабом в городе Аньцин. Этот слабо обороняемый войсками противника участок и наметили для прорыва советские военные советники еще летом. В случае успеха китайские войска, форсировав Янцзы, могли отрезать и окружить группировку противника в Центральном Китае.
Смелый замысел требовал и смелости в его исполнении. Гоминьдановские штабы всех степеней приняли план с восторгом и тут же путем бесчисленных мелких оговорок стали сводить его на нет. К тому времени, когда я вступил в должность военного советника, план претерпел заметные изменения. Вместо глубокого прорыва через рубеж Янцзы юго-западней Нанкина ставка Чан Кайши и командование 3-го военного района ограничили задачу войск выходом на южный берег реки. Цель операции так и формулировалась:
«1. Разбить обороняющегося противника — 116-ю пехотную дивизию.
2. Выйти к реке Янцзы и прервать сообщения по ней»{78}.
Уточняя действия войск, штаб генерала Гу Чжутуна подчеркнул в приказе, что сразу же после выхода к реке Янцзы войска должны перейти к обороне. Таким образом, активность командующих армиями и командиров дивизий гасилась еще до начала наступления. Преодолеть 10–20 километров в глубь японского плацдарма и выйти к реке представлялось гоминьдановцам пределом возможного успеха. О каких же решительных задачах может идти речь, если наступление, готовящееся полгода, должно лишь вытолкнуть с плацдарма одну японскую дивизию? [230]
Та же опасливость (как бы чего не вышло!) наблюдалась в сосредоточении сил. В полосе наступления 23-й армейской группы, между 50-й (справа) и 21-й (слева) армиями, вводилась из резерва лучшая из армий района — 86-я. Ей предстояло прорвать фронт на главном направлении. Всего в трех армиях и резерве группы армий было 8 пехотных дивизий и ожидалось прибытие 4–5 артиллерийских полков РГК. Следовательно, в наступлении предстояло участвовать примерно четверти всех сил пехоты 3-го военного района, а если считать и провинциальные войска, то получится, что из каждых пяти солдат наступал лишь один.
Продолжались осложнения с сосредоточением артиллерии. Соседний 9-й военный район не хотел отдавать временно ему приданные артполки РГК, мне пришлось докладывать А. Н. Боголюбову, а ему «нажимать» на Чан Кайши. Только тогда полки РГК двинулись к нам.
Эта артиллерия усиления стала прибывать во второй половине ноября. Все части совершали многодневные марши. Из Хэньяна, из резерва главного командования, перебрасывался на грузовиках 51-й полк малокалиберной артиллерии, вооруженный советскими 37-мм противотанковыми пушками (72 орудия). Оттуда же комбинированным маршем (частью на машинах, частью пешим порядком) прибыл 18-й артполк — 36 советских минометов калибра 82 мм. Из 9-го военного района в наше подчинение поступил 14-й тяжелый артполк — два неполных дивизиона тяжелых 150-мм немецких гаубиц — 12 орудий. Командование 9-го военного района долго не хотело передать нам 2-й легкий артполк неполного состава (шесть советских легких пушек и шесть английских полевых гаубиц), поэтому эта часть прибыла только в ночь перед наступлением. Такая же, с позволения сказать, волынка произошла с тяжелым минометным дивизионом (8 французских минометов). Командование 25-й армии передало его в ударную группировку лишь после неоднократных телеграмм и радиоприказов командующего районом.
Кроме перечисленных частей в 3-м военном районе была своя артиллерия усиления — 1-й горный артполк (18 французских 75-мм пушек) и 42-й зенитный артполк, вооруженный 20-мм пушками-автоматами.
