Старик некоторое время смотрел на парня, а потом медленно сказал:
- Ты хочешь, чтобы я тебе расклад объяснил?
- Ну да!
- Дело в том, Костя, что ни я, ни твой начальник, ни даже Лучник с Мельгуновым, тебе этого не объяснят. Да! Такая вот, на текущий момент "правда жизни" у нас. Никто этого не объяснит, ибо не знает!
- Тогда как же?..
- Никак! Задача не имеет решения. Слышал такое выражение?
- Ну, погоди же...
- Я вот смотрю, ты парень вроде умный, небось, с компьютерами работал?
Костя кивнул.
- Вот, - тоже кивнул старик. - Не бери в голову. Если начнешь задумываться - плохо дело кончится. Перегоришь только так. Не забивай себе голову и делай свое дело. Ты вот, сказал, тут у тебя командиры есть. Вот и выполняй их задания! Будь лучшим!
- Ну, подожди, Никитич! Я вот о чем тебе... Раньше, в первые дни, я думал, что буду, как и остальные - уеду отсюда или еще что. А теперь как? Какой план у нас, у партизан?
- План пока простой. Вот лагерь взяли, много народу спасли. Даже больше, чем нужно! Сейчас они хотят тут всё снять на видео и миру показать, чего тут творится. По слухам, только в этом лагере уже под сотню тысяч утилизировали. Вот они тут и собираются все тут заснять, задокументировать и этим ткнут в рожу, так сказать, мировому сообществу.
- Ну, а дальше что? - спрашивал Костя. - Назад в город вернемся что ли? Сами назначим мэров и жить дальше будем, как прежде?
- Послушай, Костя, я тебе, о чем тут талдычу... Не бери в голову. Я таких людей ещё до этого видел, годы еще назад, и они понимали, что будет вот как тут...
Старик кивнул на темное окно.
- И всё это плохо кончалось. Кто в петлю полез, кто спился, кто в окно вышел. Видишь, какое дело? И всё начиналось, как у тебя, вопросики такие, вроде правильные, но если над ними задуматься, то жить не захочешь... Понял? Поэтому, не думай, парень! Просто выполняй приказы, а как тут немного разгребёмся, наши начальники сами всё объявят.
- Ну, Никитич, - разочарованно протянул парень. - Я думал ты...
В этот момент на улице захлопали-затрещали выстрелы. Раздались крики. Костя похолодел от страха. На ум стразу пришло, что кто-то опять напал на лагерь.
Никитич быстро поднялся со стула, и, выхватив из кобуры пистолет, устремился к окну. Прижавшись к стене, старик осторожно выглянул. Увидев, что он убирает пистолет, Костя подошел к окну и тоже выглянул на улицу.
Там трещали выстрелы. Трассеры били почему-то вертикально вверх. По вспышкам у земли, также было видно, что все почему-то стреляют в небо. При этом слышались крики "Ура!".
В коридоре тоже закричали.
Никитич быстрым шагом подошел к двери и резко её распахнул.
- Чего орешь? - спросил он кого-то в коридоре.
Тут же в комнату ввалился мужик в камуфляжной форме и с красным, разгоряченным лицом.
- Мужики! - крикнул он. - Новости пришли! Наша северная группа только что взяла ГЭС! Выбили китаёз из города! Понятно вам??? Ура!!!
- Ура!!! - донеслись крики из коридора.
- Ну, Ура! - сказал Никитич. - Ура, конечно!
- Ура! - сказал Костя и задумчиво потер рукой подбородок.
За окном продолжали стрелять в ночное небо.
Со своего места Костя видел большую часть двора. Напротив их дома стояла ещё одна пятиэтажка. Вдоль нее он вместе с ходоком Митей шёл, миновав школьный двор. Правее виднелась еще одна пятиэтажка. Именно с этой стороны, из-за нее тогда вышли ребятишки, немного напугавшие Костю. Еще правее, Костя со своего места не мог видеть, стояла старая панельная девятиэтажка, за которой находилась железная дорога.
Подъезд, в котором он сидел, был немного уникальным. Во-первых, входная стальная домофонная конструкция, вместе с дверью, была вырвана из дома и лежала в нескольких метрах от подъезда. Валяющиеся рядом стальные тросы и глубокие следы от колес на газонах напротив подъезда, говорили, что эту дверь вырвали с помощью какой-то мощной машины или даже БТР. Кто это сотворил и главное, зачем - неизвестно. Во-вторых, сам этот дом немного нестандартный. В обычных пятиэтажках окна лестницы выходят в сторону входных дверей подъезда. Здесь же окна лестницы выходили на противоположную сторону дома. Именно там, на площадке первого этажа сидели остальные члены их отряда. Костя и Никита выполняли роль сторожей.
Парень посмотрел на своего напарника. Молодой еще типок, лет двадцати с небольшим. Обычное, довольно открытое лицо. Этот Никита сидел и внимательно смотрел на улицу. Костя пытался поболтать с ним, но тот не поддерживал разговор и поэтому парень, сидя на корточках, прислонился спиной к стене подъезда и призадумался...
Вчера, в это время? он только-только был арестован в лагере. С тех пор же, прошло весьма много событий.
