Менее чем в пятидесяти шагах, отрезав Ранду путь к вратам — а если быть точнее, то, насколько он чувствовал удерживающее их плетение, у самых врат, — находилось четверо верховых и более двадцати пеших. Всадниками оказались женщины, кутавшиеся в длинные плотные плащи, подбитые мехом. У двух всадниц на левом запястье посверкивали серебристые браслеты, которые длинным поводком из такого же металла соединялись с блестящими ошейниками, туго охватывавшими горла двух других женщин. Последние, в серых одеждах, без плащей, стояли возле всадниц. Остальные пешие были мужчинами в темных кожаных одеждах и доспехах, раскрашенных зеленым и золотым. Доспехи представляли собой перекрывающие друг друга щитки на груди и спине, такие же пластины защищали руки снаружи и бедра спереди. Под наконечниками копий виднелись зелено-золотые кисти, длинные щиты были раскрашены в те же цвета. Шлемы походили на головы каких-то огромных насекомых, за жвалами виднелись лица. Один из воинов, вне всяких сомнений, офицер — ни щита, ни копья у него не было, а за спиной виднелся слегка изогнутый меч с длинной, для двух рук, рукоятью. Щитки его лакированных доспехов имели серебряную окантовку, а тонкие зеленые плюмажи, точно усики-антенны, лишь усиливали сходство раскрашенного шлема с головой чудовищного жука. Теперь Ранд знал, где они с Авиендой. Подобные латы он уже видел. И женщин в таких ошейниках.
Опустив девушку за деревцем, слабо походившим на искривленную ветрами сосну — только ствол был серый и гладкий, испещренный черными штришками, Ранд показал Авиенде на отряд, и та молча кивнула.
— Те две женщины, что на привязи, могут направлять, — прошептал он. — Сумеешь их отсечь? — И торопливо добавил: — Только не обнимай пока Источник. Хоть они и пленницы, все равно предупредят остальных, а если даже и нет, то женщины с браслетами сумеют определить, что те почувствовали тебя.
Авиенда странно взглянула на Ранда, но времени на глупые вопросы — мол, откуда ему все это известно — тратить не стала. Но тот знал — рано или поздно расспросы еще предстоят.
— Женщины с браслетами тоже способны направлять, — ответила девушка так же тихо. — Правда, ощущение очень странное. Слабое. Как будто они никогда того не делали. Не представляю, как так может быть.
А Ранд понимал. У Шончан те, кто, как считается, способен направлять Силу, называются
— Можешь оградить щитом всех четырех?
Авиенда окинула Ранда весьма самодовольным взглядом:
— Конечно, могу. Эгвейн научила меня управляться с несколькими потоками зараз. Я могу заблокировать их, закрепить потоки и затем опутать этих женщин потоками Воздуха — они и не поймут, что происходит. — Легкая самоуверенная улыбка Авиенды исчезла. — Я сумею по быстрому с ними справиться и с их лошадьми тоже, но остальными придется заняться тебе, пока я не приду на помощь. Если хоть один ускользнет… Наверняка они добросят досюда свои копья, а если хоть одно пригвоздит тебя к земле… — Девушка пробормотала что-то себе под нос, словно сердясь, что не может договорить. Наконец она взглянула на него — во взоре полыхала такая ярость, какой он давно не видел. — Эгвейн рассказывала мне об Исцелении, но ей известно мало, а мне и того меньше.
Из-за чего она теперь разъярилась, интересно знать?
— Твое дело — отсечь от Источника этих женщин, — сказал он Авиенде. — Но по моему сигналу. Остальное сделаю я.
Пусть думает, что он хвастается, но ведь потоки-то можно не разделять, а просто сплести один сложный поток Воздуха и им притянуть руки к телу, спутать ноги лошадей, а заодно и людям ноги связать. Глубоко вдохнув, Ранд крепко ухватился за
Шончане разразились потрясенными воплями. Эх, зря он не подумал о кляпах, но они с Авиендой доберутся до врат раньше, чем крики привлекут кого-то еще. Не отпуская Источник, Ранд схватил Авиенду за руку и, не слушая ворчания девушки, что она и сама идти может, чуть ли не волоком потащил ее за собой. По крайней мере, так он протаптывал для нее тропку, а им нужно поторапливаться.
