"Огниво" полностью

«Сегодня, ваше Святейшество, преданы огню двадцать тысяч еретиков, независимо от ранга, возраста и пола».

От Арно-Амори Папе Иннокентию III

Далее лист был небрежно оборван, так что непонятно было, когда это было написано, хотя имена отозвались смутной тревогой в душе.

Отложив запись Волдемар перешел к следующей.

"Церковь Святой Марии Магдалины сожжена, чтобы предать огню еретиков (женщин, детей и стариков) спрятавшихся там от карающей длани Господа.

В других частях города тысячи людей были изувечены и после убиты. Пленных ослепляли, тащили за лошадьми и использовали для стрельбы. То, что осталось от города и его жителей, было предано огню, чтобы навеки стереть память о нечестивцах."

Это впечатляло. Менестрель перевернул другой лист напоминающий часть небрежно вырванной страницы.

"В далеком прошлом остались зеленые холмы фейери и их песни уже никогда не прозвучат в нашем мире.

Память... Что такое память рода человеческого, которую жгут каленым железом, вырывают с языками упорствующих сказителей и сжигают на кострах поборники веры.

Что могло сохраниться в земном чистилище?

Даже уцелевшие легенды и сказания были безжалостно изуродованы новыми переписчиками и странствующими потешниками.

Прошлое растаяло в пыли тысячелетий, сгинуло в пламени, навеки исчезнув из памяти потомков.

Может быть очень далеко отсюда, в ином времени и пространстве, где-то в звездной дали, есть затерянный уголок мироздания.

Там по-прежнему обитает волшебный народ холмов, ловко пляшут жизнелюбивые весельчаки фавны, горделиво рассказывают старые предания кентавры и в сиреневой дали слышна вечная мелодия первосозданного леса... "

Далее оборвано.

Выглядело всё так, будто эти жалкие разрозненные страницы были написаны разными людьми, в различное время и более того собраны из разных источников.

Волдемар не успел перейти к просмотру следующих записей.

— Ох, забыла выбросить, — хозяйка небрежно смяла все листы бумаги и отправила их в пламя очага. Все произошло так стремительно, что менестрель не успел выхватить из огня привлекшие его внимание, страницы.

Они исчезли. Как будто мгновенно истаяли, рассыпавшись незримым пеплом.

— Это мусор, — пояснила ему хозяйка радушно улыбаясь. — Всего лишь старый хлам. Не стоило в них заглядывать.

— Вот эти бумажки разбрасывал кот?— уточнил Волдемар.

Он основательно разозлился за то, что не позволили дочитать любопытные сведения, и странная хозяйка (нет, ну женщина есть женщина, чего уж тут говорить) вероятно не только любит издеваться над животным, но еще и безграмотна, раз считает, что в этих записях нет ничего ценного для поколений.

— Ох, нет. — Она бросила на него недоуменный взгляд. — Вот еще. Стала бы я из-за такой мелочи расстраиваться. Но эта скотина постоянно сбрасывает со стола мои карты.

Неожиданно (во всяком случае, у Волдемара сложилось такое впечатление) тени скользящие по краям комнаты отступили открывая изящный табурет с выточенными фигурными ножками и плетеным сиденьем. Менестрель подивился прекрасной работе неизвестного мастера и тому, что не рассмотрел такое чудо раньше.

Сверху была небрежно наброшена темно-фиолетовая ткань, на которой важно расположились большие гадальные карты. Нет. Не просто большие, а огромные. Как книги.

Ну и зачем держать такие?

Очень неудобные штуки. Понятно, что играть "в дурака" ими уже не получится. Разве только оглушить подвернувшегося под горячую руку грабителя.

Странно было даже представить, что обычный кот мог причинить вред этим "томам".

Со своего места Волдемару было хорошо заметно, что хотя карты старые, но ещё довольно крепкие и очень, ну просто чересчур красочные.

Мдаа. Прекрасный набор. Если бы не их размеры, то ...