Менестрель пригляделся. Потом отыскал взглядом Чупи, стоявшую за Эрегом и деловито указал на стульчик.
— Гляди. На твои похожи.
********************
"Есть законы и правила, которые нарушать нельзя."
Пока Крейн занимал хозяйку лёгкой беседой, в шутливой форме повествуя о нашем необычном прибытии в столь дивные места, я безуспешно пыталась себе внушить, что все не так уж и плохо, и не то, чем кажется глупой, испуганной женщине.
Хозяйка принимавшая нас в своей гостиной пока еще не смотрела на меня, да и Эрег прикрывал широкой спиной от её любопытного взора.
Хотя, стоило признать, что она и так знала все, что хотела.
— Гляди. На твои похожи. — прошептал Волдермар указывая на вычурный табурет.
Сердце дрогнуло и замерло. Жалкая надежда, что "все не так ужасно как кажется", рассыпалась будто домик из прутиков сооружаемый малыми детишками.
Тающий в туманной дымке вечности Темпос, играющий великолепием ярких красок — Окирос, и нежная красавица Меазои.
Хотя, должна признаться... Это был неплохой расклад. На этот раз.
Я отрицательно покачала головой, но Волдемар, заметил мой испуг и похоже о чём-то догадался.
Его взгляд из рассеянного и удивленного, внезапно стал сосредоточен.
— Но госпожа, — как сквозь туман долетел до меня голос Крейна. — Кот — очень подвижное создание. Для него шалить так же просто, как и дышать. Он не солдат, сударыня. Будьте снисходительны.
— А вы уверены, что это кот? — бесконечно старые глаза смотрели в упор на Крейна, и я вновь ощутила холод, но бравый вояка похоже ничего не заметил.
Он добродушно улыбнулся и пожал плечами.
Думаю Крейн нашел бы как, и что ответить, чтобы прозвучало достаточно тактично, но его перебил менестрель.
— Извините меня, — со всей вежливостью, но решительно произнес он. — Извините, но мы должны знать. Если вы магическое существо, то думаю, что человеку не следовало бы принимать еду в вашем доме.
— Всё же интересная команда заглянула ко мне в гости, — восхитилась хозяйка. — Ну какое же я магическое существо? Что вы! Во мне, да и во всём, что вас тут окружает, нет ни капли магии.
А от угощения я просто не советовала бы отказываться. Ведь порою так нужны силы. А они вам еще понадобятся. И скоро. Уверяю вас.
— Нам не так уж и много нужно, — заметил Крейн. — Мы наёмники и привыкли обходиться подолгу без еды и питья. Что предложите, тому и рады. А я конечно же оплачу наш постой.
— Но все же хотелось бы знать, где мы находимся и у кого? — Волдемар действительно вознамерился удовлетворить свое любопытство. Возможно он кое-что понял, но вот язык за зубами пока не научился держать.
Хозяйка приблизилась к менестрелю и усмехнулась.
— Многие знания — многие печали. К чему тебе излишняя мудрость юноша? Наслаждайся всеми благами которые дает жизнь. Ведь она, так коротка. Чересчур настойчивый поиск истины приводит чаще всего к горькому знанию.
— Погадайте мне, — неожиданно попросил наш мудрый идиот и я ощутила леденящий ужас от его роковой просьбы. В этом доме. У этого существа.
— Зачем? — удивилась хозяйка. — Все что предназначено — произойдет. Для этого даже не надо заглядывать в карты. Выбора не существует.
— Выбор есть всегда, — возразил Крейн. — И мы сами решаем как нам жить и какие поступки совершать.
— Милый мальчик, — ласково улыбнулась молодая женщина с глазами древнего существа. — Даже умение драться не поможет, когда наступит твой последний час.
Она ласково провела рукой по щеке Крейна, потом поочередно нежно, еле-еле, коснулась лиц остальных, но наёмники улыбались и пялились так, будто женщина дарила им комплименты, а не обещала скорую гибель.Может быть они принимали ее слова за шутку. Или у воинов принято не обращать внимания на женскую философию. Как там это звучит в поговорке? "Настоящий мужчина не принимает всерьёз женскую болтовню."
— Миру нужны твои песни, — произнесла хозяйка поворачиваясь к Волдемару. — Живая душа волшебного искусства позовет за собой тех, кто способен расслышать ее зов. Ну а люди... Возможно им будет легче идти на смерть? Кто знает. Но те, кто услышит твои мелодии и напевы, сохранят надежду и отбросят прочь угнетающий страх. Ведь мудрое слово похоже на светлый луч истины. Оно, может убедить, повлиять на сомневающегося, как поцелуй любимой, как улыбка матери, как напутствие друга.Думаю, ты поменяешь свое имя. Возьмешь более звучное и красивое. Если доживешь, — она легко прикоснулась к плечу парня. — Возмужаешь и даже станешь чуточку мудрее. Вот только не долог век менестреля. А с мудрым и добрым сердцем — совсем короткий.По лицу Волдемара скользнула тень. А потом отразилась целая гамма чувств. Надежда, радость, сожаление и грусть.
— Сколько мне отпущено? — тихо спросил он.
— Ты ведь не испытываешь страха. — полуутвердительно заметила хозяйка.
