– Мы никак не могли решить, а ты всё-таки сумел. Да, Ит, это было действительно сильно, – Атон стоял, не двигаясь с места, и медленно обводил взглядом присутствующих. – И, видимо, тяжело, если обратить внимание на то, насколько вы все измотаны. Я, собственно, зашёл попрощаться. Больше не появлюсь, потому что время богов из машин для вас теперь окончилось. И ещё я хотел попросить прощения за Футари и Комманна. Ит, они искренне хотели помочь, но, к сожалению, Сихес оперируют тем, что я называю «логикой богов», и поэтому их поступки для нас не имеют порой нормальной причинно-следственной связи. Их «если» и «потому что» сильно разнятся с нашими. Они помогли, но… ты едва не погиб, потому что рискнул воспользоваться их помощью. Общаться столь долго с Сихес даже для Контроля опасно, а вы сейчас отнюдь не Контроль. Ты справился, но если эта ванна приплывёт к тебе ещё раз, гони их в шею. Добром это не кончится.
– Атон… – начал было Фэб, но Эрсай взглядом остановил его.
– Рад видеть тебя живым, Фэб, – улыбнулся он. – Равно как и вас, уважаемые Джессика и Кир. Вот только не ждите от меня мудрых советов – в данный момент Ит знает гораздо больше, чем я. Он сумел снять то, что не удалось сделать даже мне. Ведь так, Ит?
– Не уверен, – осторожно ответил тот. – Ты говоришь о…
– Тшшш, не сегодня. Ты действительно очень устал. Не нужно. Скрипач, я тебя прошу, не надо так злиться, да ещё на того, кто действительно не виноват, – попросил Атон. – Ведь ты в душе знаешь, что всё иначе.
– Знаю, – кивнул Скрипач. Исподлобья глянул на Фэба. – Я и так собирался… просить прощения.
– Правильно. Вообще, вы уникальная пара, надо сказать. Умеете думать душой, неоценимое качество… Вы первые и единственные, кто спас своего Летописца. Мало что спас, так ещё полюбил и сделал своей женой – до вас они редко доживали до шестидесяти. Дорогая Берта, скажите, что нарисовано на той картине, которую вы годами возите с собой?
– Две бабочки на травинке, – тихо ответила она. – Закат и две бабочки.
– Вы же знаете ответ, правда?
Она кивнула.
– И с первой минуты, когда вы их увидели в том зале, где шёл доклад, вы это знали. Ведь так?
– Да. – Она слабо улыбнулась.
– И вы знаете, когда в вашем доме появилась эта картина?
– Да. Её подарили отцу… на моё рождение.
– Джессика, Связующая… почему вы оставались в Джовеле, когда все нормальные люди оттуда бежали? Зачем вы так истязали свою душу? Вы можете сказать?
– Я ждала, – ответила Джессика. – И верила, что он придёт. Верила не умом, сердцем.
– И вы были правы. Он пришёл – за вами. Ри…
Тот резко поднял голову.
– Самый странный Безумный Бард в этой вселенной, – усмехнулся Атон. – Бард, который не умеет играть на гитаре, но который научился играть на куда более сложном инструменте – собственном разуме. Ты, который переводишь интуитивные построения в математические и находишь закономерности там, где другие их не видят, – ты сейчас осознал, в чём именно была ваша ошибка?
– Да, я осознал, – Ри усмехнулся. – Ошибки не было.
– Верно! – Атон просиял. – Верно! Великолепно, Ри! Так и есть, ты совершенно прав. Кир, – до этого момента молчавший и слушавший рауф повернулся к нему. – Скажи мне, живое оружие, которое умеет любить, чего бы ты хотел от этого всего? От того, что сейчас происходит?
– Чтобы оно не кончалось, – Кир очень серьёзно смотрел на Эрсай. Его всегдашней бравады не было и в помине. – Мы… это смешно звучит, но, по-моему, мы снова только начали.
– Провидец, – улыбнулся Атон. – Провидец, который давил в себе всё то, что считал… Как ты сам говорил, Кир?
– То, чего я недостоин.
– Учись отпускать себя. Ведь именно поэтому ты был всегда настолько успешным командиром, Кир Гревис. Именно потому, что видел бой… чуть заранее. Но один раз увидел неправильно. Точнее – перепутал варианты. Слишком был уверен в себе, так?
Кир кивнул, опустил голову.
– Не ошибается только Создатель, – посерьёзнел Атон. – Брид, Тринадцатый, вы можете не делать вид, что вас нет. Потому что вы есть, эмпатическая группа… которая на самом деле вектор, ведь так? Или нет?
– Отражение, – поправил Брид. – Зеркало.
– Точно, – подтвердил Атон. – Именно поэтому все Мотыльки так хорошо умеют искать и Бардов, и Сэфес… и всегда очень быстро находят. Они действительно зеркала. Но именно этим двоим больше всего нравится, когда в них отражается не кто попало, а…
– Структура, – Тринадцатый сделал шаг вперёд. – Я очень надеюсь, что нам будет оказана честь стать её частью.
– Вы давно её часть, – вздохнул Атон. – Изначально. Фэб…
– Я никто, – тут же ответил тот. – Ты…
– О, да, ты никто. Ты всего лишь раз за разом вместе с Провидцем создаёшь часть структуры, всего-то дел, какая ерунда, – рассмеялся Атон. – А ещё играешь со мной в умные игры и чаще всего выигрываешь. И ведь так и не научил меня играть. Их вон сколькому научил, а меня – нет. Дорогой мой друг, ты – Учитель, причём с даром от Всевышнего… Сэфес из тебя всегда получается хуже, чем учитель… впрочем, сейчас это неважно.
Все молчали, ожидая продолжения. Атон улыбнулся.
