Скрипач сейчас колдовал у плиты, и Ри в который раз подумал, что иметь в друзьях гермо, пожалуй, не так уж и плохо. Вернее, очень хорошо. Потому что Скрипач, например, отменно готовит. Практически из ничего он создаёт еду, по вкусу ничуть не хуже ресторанной, да и сочетания продуктов придумывает порой настолько неожиданные, что диву даёшься – а что, разве так можно? Ри, например, никогда не приходило в голову, что курица может сочетаться с… корицей. У Скрипача курица и корица сочетались за милую душу, равно как груши сочетались с мясом, а смородина – с чесноком.
Вот и сейчас…
– Ты чего там придумал? – поинтересовался Ри.
– Чёрт-те что с чёрт-те чем, конечно, – охотно отозвался Скрипач. – Я готовлю, если по пунктам: один – много, два – посытнее, три – недорого, четыре – надо же тебя чем-то развеселить. А то день у тебя явно не задался.
– И что это будет?
– Увидишь. Имей терпение.
– Мысли у тебя какие-то извращенческие. «Иметь терпение», чего это вообще за ерунда, – проворчал Ри. Принюхался – пахло вкусно. – Нет, правда. Что это? Фрукты какие-то, что ли?
– Это айва, – пояснил Скрипач. – Достаточно редко попадается даже в мирах Сонма, но с мясом получается бесподобно. Правда, готовить надо где-то час, а то и больше. Поэтому втяни слюни обратно, сделай себе бутерброд с маслом и сиди пей чай.
Мясной фарш достался Скрипачу по дешёвке – у него через пару дней выходил срок годности. По запаху определив, что фарш вполне себе ничего, Скрипач купил его полтора кило. Айвы взял, не скупясь, почти два – и не прогадал, потому что айва оказалась самое то. Не дубовая, недозревшая, которая как деревяшка, а в том состоянии, которое для его цели подходило как нельзя лучше. В том же отделе Скрипач прихватил пару луковиц и пакетик каких-то местных специй. Как выяснилось, это была смесь сушёного чеснока и пары разных перцев, красного и белого.
– И чего? – с интересом спросил Ри, которому было сейчас нечем заняться и который уже основательно разомлел от тепла, вкусных запахов и горячего чая.
– Яйца и муку я купил ещё вчера, поэтому дальше просто, – объяснил Скрипач. – В фарш покрошил лука, плюхнул пару яиц…
– Пошляк.
– Сам ты пошляк. Я тебе объясняю, как еду готовить, а ты…
– Ладно, ладно. Продолжай.
– Ну, спасибо. В общем, туда же муки, специи, ну и соль, конечно. Айву на половинки, сделал что-то типа лодочек.
– А серединки куда?
– Глаза разуй, куда. Вон, компот варю, тебе же, кстати. В общем, мясо в айву, айву в кастрюльку, в два слоя, туда же воды, и это всё в духовку. Желательно часа на полтора, ну или как получится. Сейчас ещё макароны сварю, а то знаю я вас. Сожрёте эту кастрюльку…
– Мы только айву. Кастрюльку можешь оставить себе.
– Ри, ты идиот. В общем, вы проглоты, знаю я вас. Если что-то останется, то пойдёт на завтра. Но я в этом сильно сомневаюсь.
– Пахнет классно, поэтому я тоже сомневаюсь, – согласился Ри. – Слушай, я вот хотел спросить…
– Ты опять про это всё? – с тоской поинтересовался Скрипач. – Не начинай, пожалуйста. Я действительно чувствую себя как гермо, только когда стою у плиты. И на это воссоздание, честно говоря, не очень-то и рассчитываю.
– То есть у тебя тоже нет надежды, что… – Ри пристально смотрел на него.
– Что меня в этой жизни опять обнимут, и я назову скъ`хара того, кого хочу так назвать? – Скрипач отвернулся. – Нет, Ри. На это я не рассчитываю. И надежды у меня на самом деле никакой нет. У тебя, кажется, тоже.
Ри кивнул.
– Я ещё в Саприи понял, что это нереально, – признался он. – А сейчас так и вообще… Сидя здесь, мы явно ничего не сумеем сделать. В общем, несёт по течению. Хотя, ты знаешь, – он оживился, – всё-таки хорошо, что мы сумели как-то сдвинуться с мёртвой точки. Это уже немало. Понимаешь, там было… Мы были, как погасшие угли. Все, и вы, и Берта, и я. А теперь я чувствую, что поднимается ветер. И этот ветер, возможно, сумеет сдуть пепел и раздуть эти угли снова. Если, конечно, в нас ещё остался огонь. Пусть немного.
Скрипач улыбнулся.
– Наверное, остался, – предположил он. – Мы же сумели уже хоть что-то, правда? Мы здесь даже работать пытаемся.
– Непонятно над чем и непонятно зачем, – хмыкнул Ри.
– А не наплевать? В общем, мы уже не сидим на пятой точке, и, ты знаешь, у меня с головой вроде бы даже получше как-то стало.
– Собрался?
– Типа того. Вот, например, можно посмотреть те же результаты по той же Балашихе, – Скрипач задумался. – Тех же призраков там было уже целых два, заметил?
– Пока что не заметил. А ну-ка, покажи, – попросил Ри.
Скрипач ушёл в комнату, вернулся с листом бумаги и ручкой. Сел за стол и принялся восстанавливать таблицу: оригинал, конечно, они отдали Павлу.
Через минуту он протянул Ри исчерканный лист, и тот уставился в бумагу, что-то беззвучно шепча.
– Так, так, так, так… ага, вот это уже другое дело… Рыжий, а площадочка звучит, – сообщил он с удовольствием. – Да ещё как звучит! И структура действительно идентична, это тоже спираль, и… И оба призрака были в том же «рукаве», заметил?
Скрипач кивнул.
