Портье еще больше просиял и мигом скрылся за дверью. Мне все больше и больше начинал нравиться сервис в Армении, взять хотя бы контроль в аэропорту. Всего каких-то четверть часа – и все закончено. У нас же – километровые очереди и хамство тамошнего персонала. Нет, пока здесь все культурно и спокойно, надеюсь, что и дальше ничто не испортит мне пребывание в этой гостеприимной стране.
В дверь постучали, я открыла, портье, как и обещал, самолично доставил мой багаж. Я снова мило улыбнулась ему. Он поставил чемодан на пол, но из номера не уходил. Я вспомнила о чаевых, но сколько их полагается давать, я понятия не имела. Я начала рыться в сумочке, но в это время портье остановил меня, взяв за руку. В другой руке он держал презерватив. Я от удивления чуть не выронила сумочку. Ну, надо же! Сегодня я уже дважды за сравнительно короткий срок стала объектом сексуального домогательства. Ну ладно Возген. С ним мы хотя бы завязали знакомство в ресторане, выпили, поговорили. А этот мачо с какого боку припека? И тут меня осенило: наверное, мое прикосновение к его руке он расценил как сигнал к действию. Однако как же быстро разжигается огонь страсти у восточных мужчин!
– Нет, нет, – я отвела его руку с презервативом.
– Мадам считает это излишним? – На его лице возникло недоумение. – Но как же…
– Вы меня не так поняли, – как можно более терпеливо объяснила я. – Спасибо за доставку чемодана. Больше мне ничего не нужно. Идите, вы свободны.
– Мадам уже больше не хочет мужчину? – Он еще больше недоумевал.
– Мадам и не хотела мужчину, – отрезала я и, взяв чемодан, шагнула в комнату, защелкнув за собой дверь. Портье тем не менее продолжал ходить под дверью, очевидно, надеясь, что «мадам» может передумать. Мне что-то расхотелось разбирать вещи. Я подошла к лоджии и распахнула дверь. Уже выходя за порог лоджии, я услышала осторожный стук в дверь: навязчивый портье продолжал выказывать признаки своего присутствия. А может, и не он это вовсе, а кто-то другой? А, какая разница! Раз уж я решила прогуляться по ночному городу, то никто и ничто меня не остановит, даже если для этого мне придется выпрыгнуть из окна.
Я перешагнула через стенку лоджии. Обычно таким путем я скрывалась от своих преследователей в особо затруднительных ситуациях. Сейчас меня тоже, можно сказать, донимали настойчивым предложением интима, а возможно, шампанское и коктейль сделали свое дело. Поэтому я взобралась на перегородку, опустилась на руках вниз и – оказалась в лоджии нижнего этажа. Я только сейчас подумала о том, что я скажу хозяину номера о своем не совсем обычном способе нанесения ему этого визита.
Но ничего этого мне делать не пришлось. Потому что и дверь лоджии была открыта, и хозяин тоже был на месте. И этим хозяином оказался Возген! Он со скучающим видом сидел в кресле и смотрел телевизор, потом увидел меня в дверном проеме и, как в замедленной киносъемке, ошалело поднялся с кресла.
– Привет, – сказала я как ни в чем не бывало, как будто способ ходить в гости через дверь лоджии был таким же нормальным, как и путь через входную дверь. – Слушай, я хочу прогуляться перед сном, составишь мне компанию?
Он молча кивнул, по-прежнему не сводя с меня изумленных глаз. Я подхватила его под руку, и мы вышли из номера, так и оставив включенным телевизор. На улице к Возгену наконец-то вернулся дар речи.
– Слушай, ты как… – но я не дала ему возможность задать естественный в таком случае вопрос: с чего это я решила поупражняться в эквилибристике?
– Давай-ка махнем на Центральную площадь, ты не против? – сказала я.
Ну, конечно же, он был не против! Он был бы не против отправиться со мной и на Северный полюс, это ясно читалось на его лице.
Центральная площадь ночью выглядела еще эффектнее, чем в дневное время, и не последнюю роль в этом играли яркие уличные фонари. Другие улицы, по которым мы ходили, отойдя от площади, тоже были залиты светом, который усиливался подсветкой витрин магазинов. Мы шли по городу без какого-то определенного плана, что называется, куда глаза глядят.
– А это что за заведение? – спросила я Возгена, указывая на вывеску «Bellagio» на противоположной стороне улицы.
– Это – ресторан, – ответил мой спутник. – Здесь готовят самые лучшие шашлыки, здесь подают самый лучший коньяк, и если ты, Таня, согласна…
Господи, ну, конечно, я согласна на самые лучшие шашлыки и коньяк, зачем спрашивать-то? Хотя можно понять неуверенность парня: я то исчезаю из его поля зрения, не сказав ни слова, то материализуюсь, можно сказать, прямо в гостиной его номера. Есть от чего прийти в замешательство…
Да, шашлык из цыплят был просто супер, я никогда такого не пробовала! Коньяк тоже произвел на меня прекрасное впечатление. Ну, а потом пошли коктейли, названий не помню, но мне они все понравились. Возгенчик тоже от меня не отставал. Вдруг мне надоело сидеть на месте, и, поскольку в ресторане играла музыка, я захотела потанцевать.
– Потанцуем? – спросила я Возгена.
Он как-то неуверенно кивнул.
– Пойдем, пойдем, – подбодрила я его, – и так уже засиделись.
