— Что за? — Александр очумело уставился в полностью выгоревшую кабину.
То, что лобовое стекло не уцелело, ничего удивительного. Удивляет другое — почему осколки лобового стекла выброшены наружу? Александр нагнулся и пошарил рукой в траве. Возле корней то тут, то там валяются мелкие слегка оплавленные осколки. Такое возможно только в том случае, если в кабине взорвалась граната. Либо, Александр выпрямился и вновь заглянул в кабину, угодил снаряд.
Да, точно, Александр протиснулся во внутрь. Вопреки опасениям, на рукавах старой солдатской гимнастёрки чёрные пятна копоти так и не появились. В неблизкое путешествие в Дубуяну Александр не стал надевать милицейский мундир и даже фуражку. Осенние дожди, зимний снег и весенние дожди давно смыли всю копоть и сажу.
Закинуть гранату в кабину — это ещё надо постараться. А вот снаряд точно был. Александр наклонился — дыра, даже две дыры. Снаряд прилетел со стороны кузова, пробил заднюю стенку кабины, пробил переднюю стенку кабины и… Александр выпрямил спину, и угодил в двигатель. Но самое удивительное не это.
Пальцы прошлись по оплавленному краю дыры. Сам бы не увидел, ни за что бы не поверил. Немцы или финны зачем-то старательно вырезали куски кабины ацетиленовой горелкой, ибо снаряды, какого бы калибра они не были, квадратных дыр не оставляют. Но и это ещё не всё. Александр заглянул в дыру в передней стенке правее от места водителя. Движка нет. Пусто. Капот закрыт, однако щелей более чем достаточно, чтобы заметить, что двигателя нет.
Чудеса да и только. Александр выбрался наружу и откинул покорёженный высокой температурой капот. Нет, не показалось — движка нет. Хотя снаряд должен был угодить точно в него. И зачем, спрашивается, оккупанты сняли явно безнадёжно испорченный движок? Точнее, Александр пощупал отверстие с резьбой, сперва оккупанты потушили огонь, а уже после сняли движок. Будто и этого мало, они же вырезали пробитые куски кабины. Зачем? Чтобы окончательно запутать следствие?
Бред какой-то! Александр в раздражении захлопнул капот. Зачем? Ну на кой ляд оккупантам потребовался безнадёжно разбитый движок и куски от кабины? Вопрос хороший, только ответ на него даже не просматривается.
Кобыла Машка вновь погрустнела, когда Александр вновь забрался в седло. Будто в отместку, поясница стрельнула болью. Но Александр лишь поморщился. Человек — такая тварь, которая ко всему привыкает.
Как Виталий Потапов и обещал, очень скоро едва заметная дорога привела в Дубуяну. И тишина, крайне подозрительная и от того ещё более тревожная, даже нереальная, тишина обступила Александра, едва от спрыгнул с кобылы возле околицы.
Единственная улица и пять изб с целыми стёклами на окнах, две слева и три справа. Тёмные заборы, сараи, калитки нараспашку. Колея, две тёмные полосы на земле, ещё держится, а вот всё остальное пространство между заборами заросло густой травой, которую никто давно не мял и тем более не косил.
Александр двинулся по левой колее, Машка преданно застучала копытами за спиной. Действительно дурное место. Во время войны Александру довелось увидеть много брошенных деревень, но по ним в той или иной степени паровым катком прошлась война. Нередко на местах домов оставались лишь пепелища и обгоревшие кирпичные стены. Здесь же… Александр поёжился. Здесь же внешне всё на месте. Как показал Виталий Потапов, и в самом деле ни следов пуль или воронок от снарядов или гранат. Ничего. Деревня и в самом деле производит впечатление заброшенной. Просто заброшенной. Причём, заброшенной не так давно.
Ладно, как бы то ни было, а место преступления необходимо осмотреть от и до. Александр свернул в распахнутую калитку первой же избы с правой стороны по центральной улице.
Показания Виталия Потапова подтвердились буквально с порога. В доме царит бардак и видны следы поспешного бегства. В печке и в самом деле нашёлся чугунок с бурой массой, в которой с большим трудом и с ещё большей фантазией угадывается варённая картошка.
Александр прошёлся по дому. Бардак в комнатах больше всего напоминает ограбление. Домушникам было некогда аккуратно перебирать вещи хозяев. Как обычно бывает в подобных случаях, всё сброшено на пол. Сундуки выпотрошены, единственный шкафчик опрокинут на пол. Два маленьких выдвижных ящика валяются рядом.
Кто же это мог быть? Александр присел возле большого серого валенка, второй валяется рядом. Хорошая обувка, если прикинуть. А вон и тот самый добротный полушубок. Если хозяева ушли, то почему не забрали валенки и полушубок? Карелия — это не жаркий Крым. В сентябре достаточно холодно, босиком по лесу много не находишь.
Александр обошёл весь дом и внимательно заглянул в каждый уголок, в каждый закуток. Недоумение только выросло. В дровяном сарае полно дров, в хлеву сена. Пусть далеко несвежего сена, с изрядной гнильцой, но корова почему-то и в самом деле не успела его съесть.
