Но она этого не делает. Она просто наблюдает за мной, ожидая.
Я протягиваю руку к странной треугольной коже, покрывающей ее грудь. Ее рот открыт, губы приоткрыты, когда она тяжело дышит. Ее руки обвиваются вокруг моей шеи, чтобы не упасть, и я откусываю странный материал, прикрывающий ее грудь, затем опускаюсь ниже, чтобы откусить остальные кусочки.
У нее вырывается тихий сдавленный стон, почти заглушаемый водой, которая проливается нам на головы непрерывным ливнем. Но я настроен на свою пару, и я слышу это. Я слышу каждый негромкий звук, который она издает, каждый вздох, каждое сопение, все. Сегодня она меня не боится. Ей не нравится, что я весь в крови, но в ней нет страха.
Если она позволит мне выиграть ее испытание, я стану ее парой сегодня. Позволь мне быть твоим, — безмолвно умоляю я. — Выбери меня. Брось мне вызов.
Ее пальцы зарываются в мои волосы, и она прижимается ко мне, даже когда я потираюсь лицом о низ ее живота. Здесь от нее восхитительно пахнет, легкий привкус пота покалывает ее кожу и дополняет восхитительный аромат ее мускуса. Ткань между ее бедер скрывает всю ее сладость, и я вцепляюсь в нее своими острыми зубами, разрывая и сдергивая с ее тела, как паутину.
Она что-то говорит, поглаживая меня по волосам. Это слово — Сэм. Это не мое имя, так что я не обращаю на него внимания. Вместо этого я наблюдаю за ее телом и ее ароматами. Они говорят мне, что ей это нравится, так что я продолжаю. Я прижимаюсь носом к нежной коже ее живота, пробую на вкус восхитительную нить между ее бедер. Это почти как щит, и я нахожу это забавным, завораживающим и возбуждающим одновременно. Я хочу попробовать ее на вкус, узнать ее секреты.
Моя пара ахает, когда я потираюсь носом о ее нижнюю часть ее меха, завитки, которые скрывают ее влагалище. Ее руки блуждают по моей голове, как будто она не уверена, куда их деть, и когда я поднимаю взгляд, она облизывает губы, тяжело дыша и полная желания.
Я хочу снова прижаться губами к ее губам, как мы делали вчера. Совокупляющийся рот, где мой язык проникал в ее рот снова и снова, как будто это было ее влагалище, заявляя на нее права как на свою собственность. Мне понравился ее вкус. Я поднимаюсь на ноги, и она обхватывает мокрыми ладонями мое лицо, потирая подбородок. Ее руки становятся розовыми, и я понимаю, что она смывает кровь.
Она не хочет, чтобы на мне была чужая кровь, когда я приду к ней. Я понимаю это. Я поднимаю голову к ручью и провожу рукой по лицу, стирая остатки своего прежнего безумия. Я рад, что это все, что она увидит из этого. Ей не нужно знать о моем позоре. Знать, насколько я был близок к тому, чтобы потерять контроль и уйти навсегда, снова погрузившись в насилие. Она — единственная ниточка здравомыслия, которая у меня осталась, и я буду цепляться за нее…
Точно так же, как она прижимается ко мне под этим странно устроенном ливнем.
Я открываю глаза и смотрю на нее сверху вниз, и она блестит, мокрая и скользкая, ее кожа бледных оттенков розового и белого на фоне моего теплого золота. Я представляю, как она краснеет, когда возбуждается, и задаюсь вопросом, покраснеет ли она вся, когда кончит.
Я бы хотел на это посмотреть.
Я глажу одной рукой вверх и вниз по ее руке, как будто глажу дикое существо. Она смотрит на меня снизу вверх зачарованными глазами с тяжелыми веками, и я наклоняюсь, чтобы снова прижаться своим языком к ее. На этот раз она не отталкивает меня, а приветствует мое прикосновение. Ее губы приоткрываются под моими, и затем я снова пробую ее на вкус, скользкий жар ее робкого языка касается моего собственного.
Мой член ноет от сладости этого, и я сдерживаю рычание свирепого удовольствия. Я зарываюсь руками в ее мокрые волосы, затем обхватываю ладонями ее голову, прижимая ее к себе, в то время как мой язык проникает глубже в пещеру ее рта, заявляя права на нее здесь, показывая ей свое желание к ней. Я думаю, это своего рода вызов. Это не один из когтей и клыков, но, тем не менее, это способ показать ей свое желание.
Ээм прижимается ко мне, из ее горла вырывается тихий стон удовольствия, когда я завладеваю ее ртом, ее руки обвиваются вокруг моих плеч. Я провожу руками по ее телу, желая прикоснуться к ней везде, и останавливаюсь на округлых изгибах ее ягодиц. Я крепко сжимаю их, разминая ее мягкую плоть, одновременно проводя своим языком по ее языку снова и снова, показывая ей, насколько велико мое желание. Сколько удовольствия я могу ей доставить.
Как я могу заставить ее влагалище чувствовать себя так же хорошо, как и ее рот, если она только скажет слово.
