Ранним сереньким утром эшелон прибыл в Мурманск. В туманной дымке было видно множество кораблей, ожидавших разгрузки и погрузки. Стрелы портовых кранов вытаскивали из трюмов океанских кораблей и ставили на причалы грузы.
Здесь, на Крайнем Севере, как и по всей нашей стране, которую мы пересекали от Черного и до Баренцева моря, шла деятельная подготовка к окончательной схватке с врагом.
Я направился в штаб, чтобы доложить командованию о прибытии нашего эшелона.
Витиеватые коридоры привели меня в глубокое подземелье. По обе стороны подземных ходов мелькали дощечки с наименованием учреждений, кабинетов, складов.
Миновали просторный зал для заседаний. Сопровождавший меня лейтенант указал на дверь, обитую черной клеенкой.
— А-а! Черноморцы прибыли, — радушие встретил меня адмирал, дружески протягивая руку. — В трусиках небось приехали?
— Нет, товарищ адмирал, в кальсонах, — совершенно серьезно ответил я.
— Во время войны вообще рекомендуется ходить в... кальсонах, — продолжал шутить адмирал.
Северным флотом командовал адмирал Арсений Григорьевич Головко. Он был самым молодым из командующих флотами, но уже пользовался большой популярностью у командиров кораблей.
Еще на Черном море я многое слышал о той славе, которую снискал на флоте «вездесущий адмирал». Такой кличкой наделили Арсения Григорьевича молодые офицеры. Адмирал действительно везде поспевал. Его можно было видеть на кораблях среди матросов и офицеров, на батареях береговой обороны, среди солдат. И в штабе, казалось, он никогда не отсутствовал.
— Здесь у нас немного холоднее, чем на Черном море, но вы не пугайтесь. Воевать можно. Особенно много дел для подводников... Я читал отчетные материалы по вашим походам. Мне они понравились... Ошибок много, но действия смелые и продуманные. Только смелым покоряются города, согласны?
— Это-то да... конечно...
— У нас только глубины очень большие. А вы, любите полежать на грунте, — продолжал адмирал. — Здесь это неудобно.
— Наоборот, товарищ адмирал. Возможность маневра по глубине удобнее, чем...
— О-о! Вы можете возражать начальству...
— Не возражаю, но свое мнение...
— Правильно! — лицо Арсения Григорьевича стало серьезным. — С самого начала нашей совместной службы хочу вас предупредить: терпеть не могу попугаев. Либо совсем своего мнения не имеют, либо боятся брать на себя ответственность, либо ради подхалимства жертвуют всем, в том числе и собственным «я». Война требует строгой дисциплины, беспрекословного подчинения младшего старшему, но и дельных рассуждений. Нужен творческий подход к решениям трудных вопросов. А творчество требует коллективной мысли, дерзания, советов. Но когда начальник принял решение, тогда все! Тогда уже своим мнениям, советам и рассуждениям конец!
Адмирал долго и подробно беседовал со мной. Мне пришлось рассказать ему автобиографию, некоторые подробности об учебных заведениях, в которых я учился, о книгах, прочитанных мною за последние годы. По тактической подготовке он учинил мне нечто подобное экзамену. Разговор коснулся и боевых походов «Малютки» на Черном море. Здесь адмирал совершенно поразил меня. Он знал о всех боевых действиях подводной лодки и помнил такие подробности, о которых я уже успел забыть.
— Однако мы увлеклись! — как бы спохватился Арсений Григорьевич. — По вопросам тактики мы еще поговорим, когда вы вернетесь из Англии.
— Из какой Англии? — Я вытер со лба обильно выступивший пот.
— Она одна, — коротко ответил адмирал, медленно встал и, подойдя к карте на стене, показал карандашом. — Вот она, Англия!
— Зачем же я... туда?
— За подводной лодкой, — объяснил адмирал. — Итальянские фашисты капитулировали. У них остался флот. Часть кораблей полагается передать нам. Но они далеко на юге, на Средиземном море. Англичане предложили взамен итальянских судов временно отдать нам свои. Мы согласились. Вот вы и командируетесь за ними на острова.
— А много кораблей полагается получить? — спросил я.
— Хм, вам со своим экипажем полагается одна подводная лодка. Для чего вам больше? И вообще дадут нам немного... Ваша задача: довести свой экипаж до Англии, там принять подводную лодку, привести ее на Родину, подготовить для боевых действий и воевать с врагами. Просто, правда?
— Да... все ясно, конечно.
— На днях уходит в Англию конвой союзников. Вы отправитесь с ним. Переход на острова опасен. Фашистские подводные лодки действуют активно. Не исключена возможность нападения.
— Так пишут же, что немецкие подводные лодки уже деморализованы и...
— Кто пишет? Буржуазная печать. А мы с вами люди военные, нам надо исходить из реальных факторов. Лодки продолжают топить транспорты. И надо с этим считаться... Экипаж разделите на три части, чтобы при потере одной из них, две остальные могли выполнить задачу. Каждая часть должна быть размещена на отдельном транспорте. Такая предосторожность необходима...
