— Под ноль друг друга побрили!
— Кто?
— Суперманоиды. Смотри, ни тех, ни других не осталось!
— И нас, — невесело буркнул Чумкин, — побрили.
— Ты о чем? — капитан обернулся и обнаружил, что Петька смотрит на пустой стол.
— Дядя! — воскликнул Безногий. — Куда он подевался?!
— Туда, наверное, — сантехник махнул рукой в сторону приоткрытой двери черного хода. — Ушел под шумок.
— Как он мог уйти, что ты несешь?!
— Ну, увели его, значит, — исправился Петька.
— Дьявол! — Зигфрид помотал головой. — Прощай, тайна!
— А может, бог с ней? — Чумкин опасливо оглянулся. — Пошли отсюда, Устиныч, пока новые полицейские не понаехали. Не то все это побоище на нас повесят…
— Поехали, — Безногий огорченно махнул рукой. — У тебя кредиты есть?
— Нет…
— Жалко. Можно было в «Ночную птису» завернуть…
— У меня дома три литра спирта припасено, на черный день…
— Что же ты молчал?! Это же все меняет!
— Так ведь на черный день…
— Ну вот, он и наступил!
— Думаешь?
— Уверен. Тайну мы упустили, в историю вляпались, да еще и не в одну. «Дяди» нет, ключа нет, искать бесполезно… Куда еще чернее? Поехали!
…Аглаида Карловна осторожно выглянула из-за угла и, низко пригибаясь, перебежала к своей машине. Супруги Слизняковы во главе с гундешманцем подтащили завернутое в тряпку тело к своей машине и забросили его в багажник. Все это было чрезвычайно интересно. Аглаида дождалась, когда машина похитителей трупов отъедет подальше, и забралась в свой старенький экипаж.
— За машиной Слизняковых, — приказала она бортовому компьютеру.
— Анабеллы и Филимона? — уточнил кибермозг.
— На Трахбахе есть другие Слизняковы?
— Есть Фиона и Цезарь, а также Миранда, Лючия, Эдит и Матрена…
— Матрена Слизнякова! — старушка посмаковала сочетание. — Как п о шло! Нет, за Анабеллой и Филимоном…
— Дистанция?
— Чтобы не заметили.
— Принято…
…Банка со спиртом опустеть не успела. Грустные посиделки неудавшихся кладоискателей прервал настойчивый звонок видеофона.
— Кого черти надирают?! — промычал Петька.
— Меня, Петенька, — проскрипела Аглаида Карловна. — Вы там еще не угорели от водки своей?
— Это же не газ, — Чумкин приблизил лицо к экрану. — Чего звоните? Опять трубу прорвало?
— Нет, Петенька, не прорвало. Зигфрид Устиныч у тебя?
— О, как вы меня зауважали! — удивился Безногий, двигаясь к экрану. — С чего это вдруг?
— Так ведь не дома я, Зигфрид, — призналась старушенция. — Сижу в своей машинке напротив одного особняка, наблюдаю, как Слизняковы труп гундешманский в него заносят…
— Вы где?! — встрепенулся Зигфрид. — Адрес!
— Так ведь совсем слепая стала, не разберу никак…
— Аглаида Карловна, чего вы хотите?
— Эх, соколик, чего может хотеть пожилая женщина? Покоя и обеспеченной старости…
— Адрес! Будет вам обеспеченный покой!
— Обещаешь?
— Слово капитана!
— А если обманешь?
— Приму гундешманское гражданство!
— Теперь верю, — старушка довольно улыбнулась. — Набережная Гарри Балды, дом восемь… Зигфрид, а скажи мне наперед, зачем они тело выкрали? Да и нам оно к чему?
— Я обещал вам обеспеченную старость, а не информацию, — отрезал Безногий. — Ждите нас на месте. Если они куда-то двинутся — преследуйте.
— Слушаюсь, мой капитан, — бодро ответила старушенция.
Зигфрид кисло улыбнулся и выключил связь.
— Не все еще потеряно, Чумкин! Все-таки прибыль будет! Не зря у меня все утро левая ладошка чесалась!
— Все утро? А потом?
— А потом я ее помыл…
…Когда они приехали по адресу, указанному пожилой лазутчицей, в голове у Зигфрида созрел гениальный план. Пользуясь тем, что ночь еще достаточно темна, все трое незаметно подобрались к служебному входу и бесшумно проникли в подвал особняка.
— Разберешься? — Зигфрид кивнул на хитросплетение труб, кабелей и проводов.
— А то! — Пьяный Петька звучно отрыгнул воздух и указал на увенчанный электронным манометром узел, из которого выходили несколько труб. — Вот тут все перекрыть, а вон там — отвинтить…
— И что?
— И все, — Чумкин махнул рукой. — Пересохнет все… в трубах…
— Балбес! Нам надо, чтобы у них холодильник из строя вышел и свет вырубился!
— Так я и говорю… там перекрыть, а тут…
— Ладно, — остановил его Безногий. — Сам справлюсь.
Он вскрыл электрический щиток и начал изучать проводку. Ему требовалось найти провод, отключающий электронные замки и свет в гостиной второго этажа. Через окно он видел, что тело Борзони похитители подняли именно туда. Видимо, в данную минуту они как раз уложили его на стол и готовились произвести вскрытие.
— Вот тут перекрыть, а вот тут… — донеслось бормотание Петьки, но теперь уже из другого угла.
Трубы внезапно загудели, а цифры на манометре заскакали, отсчитывая давление уже не килограммами на квадратный сантиметр, а тоннами на микрон. Система принудительной подачи воды вибрировала, шипела и натужно стонала.
— Петька! — рявкнул Безногий. — Отойди от крана!
— Сейчас, Зигфрид Устиныч, — Чумкин повернул еще какой-то вентиль, и сверху донесся истошный вопль.
Судя по тембру, кричала Анабелла.
— Ошпарилась! Филимон! Закрой этот кипяток! Ой, изо всех труб хлещет! Филя, ну сделай что-нибудь!
— Эвакуируемся! — крикнул в ответ Филимон.
— Дядю! — заверещал гундешманец.
