Первые два дня после заключения брака они с Энаром провели в Масэре и практически не выходили из спальни. При воспоминании о тех заполненных жаркими ласками часах Ллоэллина охватывало томление, и он частенько, уединившись в спальне, ласкал себя, представляя, что это руки Энара скользят по его телу, доводя до пика блаженства. Он словно мысленно возвращался в то время, до встречи с Энаром, когда мечтал о своем герое. Только тогда все было проще. Он еще не ведал сладости объятий любимого и, довольствуясь мечтами, не чувствовал себя обделенным. Теперь же, лежа в постели одинокими ночами, Ллоэллину хотелось выть от тоски. А как хорошо всё начиналось…
По истечении тех двух дней они перенеслись из Масэры в поместье Имерта. И Ллоэллин впервые увидел это прекрасное место, которое должно было стать ему новым домом. Большая усадьба располагалась на высоком живописном холме, у подножия которого в лучах Рхан поблескивало озеро. Вокруг простирались луга, пожухлые после времени Огня, но обещавшие совсем скоро покрыться молодой зеленью. По вечерам из окна его комнаты были видны горевшие в отдалении огни хижин Низших, и это придавало пейзажу уютное очарование.
Ллоэллин влюбился в поместье и его окрестности сразу же, с первого взгляда. Он представил, как здорово им с Энаром будет гулять по лугам и холмам, уединяться в рощах, купаться в озере. Но, увы, мечтам этим так и не суждено было сбыться. Вечером того же дня в поместье появился незнакомый Ллоэллину Хранитель, о чем-то встревожено рассказал Энару, и тот, наспех попрощавшись с супругом, ушел вслед за ним. Тогда Ллоэллин еще не понимал, что такие вызовы станут постоянными. Что он крайне редко будет видеть Энара, и их брак начнет казаться ему всего лишь очередной грезой. Бывало, Энар появлялся дома на единственную ночь в месяце. Затаскивал его в спальню и жарко любил до утра, а с рассветом снова исчезал на неопределенное время. И Ллоэллину не оставалось ничего другого, как только ждать. Это томительное ожидание поначалу сводило с ума. Он, выросший в Младшем роду, привык, что супруги, даже те, между которыми нет любви, всегда вместе. И ему стало казаться, что в том, что Энар так редко появляется дома, есть и его вина. Может, супруг просто не хочет его видеть, а сказать об этом прямо ему не позволяет природное благородство?
Хорошо, что Ллоэллину удалось подружиться с наемниками и Низшими, населявшими поместье. И именно наемники рассказали ему, что так было всегда. Что и вирэ Лиалла почти все время проводила в поместье одна. Впрочем, у нее был сын, Тунал, их с Энаром гордость и отрада. На вопрос удивленного Ллоэллина, чем же таким занят Энар, ведь требующие внимания Хранителей прорывы бывают всего три раза в цикл, ему рассказали о заданиях Храма. И впервые в жизни Ллоэллин познал столь разрушительное чувство, как ненависть. Прежде он храмовников лишь уважал и боялся. Теперь же, когда обнаружил, что именно они отнимают у него мужа, мешают их счастью, мысли о Храме приводили его в бессильную ярость.
Помнится, в первые два месяца ему было особенно тяжело. На новом месте, один, в окружении незнакомых людей поначалу он растерялся. Не привыкший к безделью Ллоэллин в те дни страдал не только из-за разлуки с Энаром ― впервые в жизни у него оказалось столько свободного времени, что он не представлял, куда его девать. Никто не заставлял его заниматься делами, а слуги-Низшие помогать себе не позволяли. Вот и бродил Ллоэллин по окрестностям, предаваясь мечтам об Энаре и их будущем ребенке. Несмотря на то, что супруг появлялся в поместье, а значит, и в его спальне нечасто, Ллоэллин не сомневался, что совсем скоро понесет. Но прошел месяц Сфинкса, а за ним ― и Единорога, а беременность все не наступала.
В середине времени Земли они с Энаром побывали на проводящемся каждый цикл сезонном балу. Там Ллоэллин встретил почти всех Высших, вступивших в минувшем Сезоне в брак. Их избранники горделиво похлопывали себя по животам ― они и в этом оказались успешны. У большинства пар Младших также планировалось скорое появление на свет детей. И Ллоэллин, хоть к нему и обращались с подчеркнутой почтительностью, чувствовал на себе многочисленные насмешливые и сочувствующие взгляды. Хорошо хоть Кайеренна на том балу не было. Проявления еще и его злобы Ллоэллин бы не выдержал.
Последовавшая за балом ночь была особенно страстной. Но и после нее беременность не наступила.
В начале месяца Василиска Ллоэллин познакомился с лекарем-Низшим, Ин-та-иром. Поначалу тот не желал общаться ― и уж тем более делиться своим мастерством ― с Высшим. Но из-за участившихся нападений Тварей, а также резкого похолодания и зарядивших дождей, количество больных увеличилось, и он физически не успевал заниматься всеми. Тогда он, с явной неохотой, позволил Ллоэллину себе помогать.