За всё это время Ллоэллин ни разу не воспользовался даром Целителя, но оказалось, что у него и без магии прекрасно получается лечить. Сваренные им отвары, наложенные его руками повязки приносили людям облегчение, и очень скоро старый Ин-та-ир взялся за его обучение всерьез.
Наполненные делами дни побежали быстрее. И вот уже тоска по Энару ощущается не так остро. И даже редкие встречи стали нежнее, оставляя после себя умиротворение.
Потом был Большой прорыв ― Твари по всей Сариене нападали на поместья, и только от мастерства Защитника зависело, не понесет ли его род жестоких потерь. Нередко Защитник погибал, и тогда род нуждался в помощи Хранителей. Но и у тех были свои семьи, дома, которые каждый Хранитель обязан защищать сам.
Для всех это время ассоциировалось со страхом и болью. Для Ллоэллина же неожиданно оно стало самым счастливым. Ведь Энар в ожидании нападения Тварей на поместье Имерта каждую ночь возвращался домой. И пусть он валился с ног от усталости, пусть между ними не было страсти, Ллоэллин был счастлив просто находиться рядом с мужем. Спать с ним в одной постели, кормить его завтраком, провожать до портала. А вечером ― ждать его возвращения, снова кормить. Растирать его натруженные мышцы чудодейственными отварами. И слушать, как Энар рассказывает о нелегких буднях Хранителей.
Жаль только, что так не могло продолжаться всегда.
И все же, после Большого прорыва Ллоэллин понял: в нем уже нет обиды на Храм. Он был счастлив, занятый делом, приносящим кому-то пользу, с прекрасным мужем, с которым они друг друга любят и уважают. Если бы только не одно «но», Ллоэллин и не думал бы просить богов о большем. Если бы только у него был ребенок…
Закончилось время Земли, пролетело время Воздуха. И вот уже второй месяц времени Воды приближается к своей середине. Именно сейчас у большинства пар, заключивших брак в тот же день, что и они с Энаром, рождались дети. И из поселения Низших ветер то и дело доносил младенческий крик. Только он, Ллоэллин, всё никак не может забеременеть.
Мрачные мысли крутились в его голове. И даже Энар выглядел обеспокоенным. Ведь если за два полных цикла им не удастся родить наследника, Ллоэллину придется уйти в Храм, а Энару ― вступить в новый брак. До окончания первого из отведенных им циклов оставалось пять месяцев, и Ллоэллин начал подозревать… Он сам ужасался кощунственности этой мысли, но все же, чем дальше, тем чаще к ней возвращался: возможно, не случайно именно у них с Энаром нет детей. Ведь во время церемонии Связи Верховный Настоятель вполне мог сделать что-то не так. И, значит, их с Энаром счастью отведено совсем немного времени.
Делиться своими догадками с мужем Ллоэллин не стал: к чему напрасно его расстраивать? Даже если это правда, они всё равно не смогут ничего изменить. Так пусть хоть те крохи счастья, что отведены им богами, не будут омрачены.
Вот и сегодня, в этот ясный, пронизанный живительными лучами Рхан день Ллоэллин с утра был занят в своем садике. Одни растения еще только пробивались из почвы, другие уже начали цвести, и этот запах ― сырой земли, почек, молодых листьев и испускающих нежный, едва уловимый аромат иниис ― ласкал обоняние, наполнял сердце радостью пробуждения природы. Со стороны дома доносилось звонкое бряцанье оружия ― наемники пользовались каждой свободной минуткой для тренировок. Ллоэллин улыбнулся. Поначалу, лишь только появившись в поместье Имерта, он по привычке остерегался этих закованных в латы больших и сильных мужчин. Но потом, потихоньку, они стали общаться, и хотя близкими друзьями Ллоэллин их не мог назвать, отношения между ними были весьма теплые.
Аккуратно наклонив ветку наили, Ллоэллин приступил к сбору почек и только начавших распускаться листков. Он делал это осторожно, стараясь не общипывать ни одну ветку слишком сильно, поглаживая кору дерева пальцами, вслух проговаривая, как именно собирается воспользоваться собранным. И дерево, поначалу стремившееся выпрямиться, отнять у него из рук ветку, словно дало ему на сбор разрешение, поверив, что Ллоэллин не нанесет ему сильного вреда.
Ллоэллин специально расположил свой садик так, что из него были видны одновременно и вход в дом, и контур портала. И хотя он понимал, что Энар не может вернуться домой посреди дня, периодически поглядывал в сторону портала, казавшегося на фоне молодой зелени луга темным, холодным… Инородным.
В очередной раз вскинув взгляд, Ллоэллин не поверил увиденному. Портал мерцал белым, а значит, из него сейчас кто-то выйдет. Энар. Конечно же, Энар.
Осторожно отпустив ветку наили, Ллоэллин вприпрыжку побежал к порталу. Вот обрадуется Энар, что его встречают посреди дня.
Но не успел он добежать до портала, как из него вышли трое. Вернее, вышли двое, а третий висел у них на плечах. Ллоэллин сразу узнал их. Это были Энар и его друзья, с которыми любимый познакомил его еще в Масэре: вир Конол и вир Ренал. Ллоэллин остановился и через нос втянул воздух. Этот сладковатый запах крови он не спутал бы ни с чем. Да и не просто так вир Конол не мог идти самостоятельно.