Когда мы оказались внутри, прямо на моих глазах стала появляться мебель и текстиль, небольшие приятные глазу безделушки на полках и столиках. За окном неожиданно сгустились сумерки, и в камине тут же зажёгся огонь, придавая гостиной ощущение домашнего уюта. Я ахнула, а Гэрс подтвердил, что время суток здесь тоже можно изменить в любой момент.
– Ты сможешь прийти сюда, когда захочешь и откуда захочешь. Просто пожелай оказаться дома, и ты окажешься здесь. Это место самое защищённое во всей вселенной – наш личный мир. Здесь ты будешь в безопасности.
– Даже от сумраков? – не удержалась от вопроса я.
– И от сумраков и от светочей, которые далеко не так прекрасны и великодушны, как думают о себе сами, – вздохнул Гэрс, прижимая меня к себе, усадив на колени. Немного помолчав, он тихо произнёс: – Я не смог уберечь тебя от сумраков, которые охотились за мной, а ты стала идеальной приманкой. Когда я осознал, что с тобой происходит, то… с трудом сохранил самообладание. Это была роковая ошибка – отпустить тебя на Землю. Я думал, что там безопасно, но просчитался…Прости меня, любимая…
– Я сбежала туда, несмотря на предостережение Рины …так что, в случившимся виновата сама, – тихо ответила, положив голову ему на плечо. Чуть помедлив, продолжила: – Я ничего не помню из того, что делала со мной Изури. Помню наш с ней разговор в кафе, попытку побега и всё…Потом, как ударила в тебя тьмой на поляне…Затем мир Толл…война между ирнами и мои зверства…Во мне было столько боли и злобы…Я превратилась в нечто ужасное… – судорожно вздохнув, я закрыла глаза, ощутив как сердца коснулся холод.
– Всё уже позади, – прошептал Гэрс, успокаивая, зацеловывая моё лицо, возвращая мне утраченное тепло. Он стал спокойно говорить, объясняя, делясь своим мнением: – Пусть через тьму, но ты осознала свою силу и способности. В тебе проснулась интуитивная память айлисов, а ведь она была прочно запечатана, что даже крылья появились с трудом. Чтобы принять и осознать себя, надо познать все свои стороны, и плохие и хорошие. Пребывая во власти тьмы, ты переступила черту морали и законов гармонии жизни, и теперь ты знаешь каково это – распоряжаться жизнью смертных. Этот опыт, каким бы жестоким они ни был, многое дал тебе. Наша задача учиться всю свою жизнь, накапливать знания для будущих поколений, чтобы они не совершали наших ошибок. Наш с тобой опыт уникален, и наши дети и их потомки унаследуют его в полном объёме. Это очень ценно.
Мои щёки вспыхнули при упоминании о детях, которых я ещё совсем недавно не хотела, а теперь…просто волнуюсь от осознания, что возможно уже совсем скоро смогу стать матерью. Умеет же он тему переключить, – улыбнулась мысленно.
Гэрс, прочитав мои мысли, хмыкнул и поцеловал меня в висок, так ничего и, не сказав. Я же спросила то, что давно не давало мне покоя: – Скажи, восстановится ли у меня память рода? Сейчас я чувствую себя немного странно: с белыми пятнами в сознании и с огромной силой в руках.
– Во время нашего слияния, в тебе запустился процесс восстановления. Память уже скоро вернётся к тебе, и ты, наконец, будешь чувствовать себя полноценной.
– Поскорее бы… – мечтательно выдохнула я. Но тут моя собственная память подкинула мне одно воспоминание, которое я отчего-то решила озвучить:– Помню, как сильно разозлилась на маму, которая обрадовалась, узнав, что ты сможешь вернуть мне память. Сейчас мне стыдно за ту свою реакцию: я была так груба с ней.
– Просто тогда всё, что было связано со мной, вызывало у тебя протест, так что не вижу в твоём поведении ничего странного. Она простила тебя, даже не сомневайся. Тэя, видимо, ещё не успела толком осознать себя матерью и тоже допустила немало ошибок в общении с тобой…Жаль, что я не понимал, к каким последствиям приведут мои действия, а вернее бездействие, ведь я практически не общался с тобой. Я был уверен, что мы не сможем сблизиться, пока твоё сознание затуманено страхом. Но сейчас я понимаю, что это не так. Я мог уменьшить твой страх, а вместо этого лишь усиливал его. Рина пыталась объяснить, достучаться до меня, но я был уверен, что всё происходит так, как и должно. Всё же память рода Ида во мне почти не проявляется, я ориентировался на память своего рода и на их знания о таких как ты…Это была грубая ошибка…Пожалуйста прости меня за то, как я вёл себя с тобой.
Спокойно посмотрев мужу в глаза, произнесла: – Я уже простила тебя. Оборачиваясь назад, я словно вижу всё в кривом зеркале: и себя, и тебя, и окружение. И хоть ты и пугал меня тогда, но ты был прав: мы – пара. Сейчас я, наконец, почувствовала себя цельной. Больше нет страха, нет обид. Надеюсь, что теперь моя жизнь наполнится смыслом и гармонией…
