— Рыгор, давай оставим фантастические и радикальные теории на потом. Сейчас наш главный долговременный план — восстановление товарно-денежных отношений, которые позволят заинтересовать граждан в полезной трудовой деятельности. Наше общество балансирует на краю гибели, и спасение мы видим только во всеобщем систематическом труде. По нашим оценкам, сейчас в Минске около десяти тысяч жителей, из которых полезным трудом занимается не больше тысячи. В этом огромная заслуга Юрася, — министр снова посмотрел на Юрася, а Юрась снова элегантно поклонился, — который лично отладил систему снабжения в городе. Торговая сеть работает бесперебойно, как ты знаешь, и в таком режиме голод нам не грозит. Но проблем остаётся множество. И твой долг, Рыгор, помочь своему народу. Возможность помочь всему народу — это счастье для человека, редкая удача. И она выпала тебе! О своих мелких желаниях забудь, — министр указал глазами на лом, торчащий из-за спины Рыгора. — Мы обеспечим тебя всем необходимым.
— Да, конечно, я готов! — растерянно и сбивчиво заговорил Рыгор, проникнувшись словами министра. — Вы не подумайте, что я!.. Если б я сразу знал, что всё так, как вы говорите… Но теперь я всё готов сделать! Я хоть сейчас начну, только скажите, с чего начать!
— Молодец, Рыгор! Я не сомневался в тебе. Я сразу увидел, что ты наш человек, — сказал министр ласково и улыбнулся, что придало его лицу хищное выражение.
Он встал и протянул Рыгору руку через стол. Рыгор ответно встал и энергично её пожал. Они снова сели, и министр обратился к Юрасю:
— Что у нас на сегодняшний день самое важное?
— Связь, — без раздумий сказал Юрась, глядя на Рыгора. Голос его, впервые прозвучавший, был резкий и отчётливый. — Сообщение посредством почты слишком медленно. Необходимо снова наладить телефонную связь. Она никогда не была полноценной, но несколько месяцев назад исчезла напрочь, если вы в курсе. Без неё чрезвычайно тяжело.
— Понимаешь? — министр повернулся к Рыгору. — Это и будет твоим первым заданием. Разумеется, никто не требует от тебя самостоятельной починки неисправностей, но ты должен найти специалистов и привлечь их к работам. Если понадобятся средства привлечения, обращайся ко мне.
— Слушайте! Я же знаю человека, который уволился с телефонной станции! Пилип! Всё сходится: полгода назад он оттуда ушёл, а связь пропала месяца три назад. Наверное, что-то сломалось, а починить некому, — Рыгор говорил взволнованно, блестя глазами.
— Прекрасно! Вот и займись прямо завтра, — сказал министр. — Продумай, чем его можно мотивировать, чтобы он вернулся на телефонную станцию, и действуй. Людей всегда можно чем-то заинтересовать.
Воспользовавшись тем, что разговор пришёл к логическому завершению, и не желая ждать начала следующей темы, глава предпринимателей Юрась встал и попрощался:
— Алесь Михасевич, если я больше не нужен, то позвольте откланяться. Рад был знакомству, Рыгор, — Юрась наклонил голову в сторону Рыгора.
— До завтра, — кивнул ему министр.
«Алесь Михасевич? Вот так имечко для министра», — Рыгору почему-то стало смешно. Когда Юрась вышел, министр высморкался в свой клетчатый платок и сказал уже другим, менее официальным тоном, кивнув в сторону двери:
— Умнейший мужик! И твёрд, как камень. Ты его ещё узнаешь и оценишь. Ну, Рыгор, давай выпьем за знакомство?
— Конечно, — ответил Рыгор, хотя для него было неожиданностью, что с министром можно пить за знакомство.
— Но сначала процедуры!
Министр подмигнул Рыгору и прошёл в угол зала, к небольшой двери. За дверью оказался туалет с голубоватым унитазом и умывальной раковиной. Рыгору с удивлением смотрел, как министр снял с себя простыню и бросил её на пол, выставив на обозрение огромный тугой живот и просторные белые трусы. Открыв воду из крана, он взял с полки другую простыню, видимо свежую, и принялся мочить её в раковине. Затем он отжал лишнюю воду над унитазом и накинул простыню на голые плечи, опять превратившись в древнего грека. Заворачиваясь в свою тогу поплотнее, ёжась и кряхтя, он вышел из туалета и пояснил:
— Вот так я и остаюсь при простуде, как видишь. Проверенный способ. Выздоравливать нельзя, иначе все труды насмарку пойдут. Открой-ка дверь в коридор, пусть сквознячок подует, — попросил он Рыгора.
