Юра резко обернулся. Позади него, довольно близко, стоял крупный гоблин одного с ним роста. Попаданец вскрикнул, и хотел было отмахнуться топором, не ударить, а именно отмахнуться, но не успел. Гоблин быстро сократил дистанцию и схватил своей рукой Юрину руку с оружием. Вторая его рука, с силой металлических тисков, обхватила пухлое горло попаданца. Молодой человек моментально понял, что умрёт сегодня не от недостатка воздуха, а от чего-то более грубого, так как плоть буквально выдавливалась из-под сжимающихся пальцев монстра. Казалось, очень скоро чужая ладонь сомкнётся на позвоночнике и разотрёт его хребет в порошок.
По помещению прокатился звонкий гул металла: зазвенел топор выпавший из перехваченной монстром руки. За ним, создавая пляску света и теней, поскакал по камню так порадовавший недавно фиал.
Юра задыхался, Юра умирал. И делал он это глядя в блестящие, почти белые глаза монстра, что искрились радостной нескрываемой злобой.
Вдруг монстр захрипел, ослабил хватку, а после и полностью отпустил горло задыхающегося человека.
Отпустив добычу, гоблин попятился назад, слезая грудью с лезвия кинжала, который крепко сжимала левая рука побелевшего от страха попаданца.
- Х-а-а-а-а, - издало Юрино горло хрипловатый звук, запуская в лёгкие порцию столь необходимого для жизни газа.
Контуженный он осел на камень пола и принялся хватать ртом воздух. Гоблин тем временем завалился на спину и лишь прекращающий пульсацию фонтанчик крови из его груди показывал, что короткая схватка закончилась в пользу сидящего напротив попаданца.
- Хах, хах, хеее, - прохрипел недобитый исследователь гоблинских пещер и пополз к фиалу. Подняв его, он хотел было бежать, а точнее ползти к выходу, но раздумал. Вместо этого Юра прислонился спиной к стене и, выставив перед собой, в одной руке яркий светильник, а в другой кинжал, принялся приходить в себя. В этой, сомнительной по своей практичности позе, он просидел минут так с десять.
Наконец кровообращение восстановилось, а сердце перестало пытаться выпрыгнуть из груди. Немного успокоившись, молодой человек принялся разглядывать гоблина. Это была самка, крупная, по крайне мере крупнее троих самцов встреченных им до этого. Даже небольшая обвисшая грудь имелась. Находиться рядом с мёртвым гоблином не хотелось, да и в голову пришла внезапная и не типичная для прошлого Юры идея. Поднявшись и выйдя из подземелья, он с головой плюхнулся в текущую по дну оврага речку.
«Вашу м-м-м-м!..»
Вода оказалась столь холодной, что пришлось отбросить и печали, и волнения, и даже боль со стрессом. Стрессом? Не было никакого стресса. Стресс - это когда что-то копиться, не находя выхода. А из Юры за последние сутки вышло много всего и весьма разными способами.
Превозмогая желание немедленно выскочить на берег, молодой человек несколько раз вставал и приседал, сбрасывая с себя струи ледяной воды. Благо глубина речки оказалась ему ровно по пояс. После, выбравшись из воды, отфыркался и, не особо раздумывая, направился обратно в подземелье. Здесь он поднял с пола оставшиеся от монстра шарики кристаллов, решительно вошёл во вторую комнату и принялся изучать её содержимое.
Из бочек пахло чем-то вроде квашенной капусты, тюки содержали в себе непонятный мох, сушёные грибы и сухофрукты, но их, как и стеклянные бутыли, Юра трогать не стал. Развешенные по стенам вязанки трав также особого интереса не вызвали. В окованном железом ящике лежали небольшие холщовые мешочки, по весу с травами. Выбросив на пол большую их часть, молодой человек увидел на дне «сундука» большой ржавый арбалет, пару кинжалов в полуистлевших ножнах, повидавший жизнь топор, обломок посоха с мутноватым кристаллом в навершие, флягу из желтоватого металла и напоследок блестящий футляр. За исключением обломка посоха, фляги и фуляра, трофеи выглядели неперспективными. Арбалет так вообще с лопнувшей тетивой и весь покрытый непонятной зеленоватой коррозией.
Первым делом Юра схватил футляр, но тот оказался пустым, пусть и выполненным из благородного металла. А может и не благородного, однако время не тронуло желтоватый металл совершенно. Фляга также оказалась пустой и заодно тяжеловатой, арбалет выглядел так просто догнивающим своё. Его и флягу было решено не брать. Кинжалы гоблины явно берегли, но те, что лежали в башне, выглядели на два порядка лучше найденных. Топор не боевой, а самый что ни на есть обычный, для рубки дров.
Обломку посоха было уделено особое внимание. Его материал сильно напоминал пластмассу. Хотя какая пластмасса, пусть очень лёгкий, но на ощупь словно камень. Посох Юра взял без раздумай: мало ли вещь дорогая или починить можно. Далее он уложил в сумку блестящий футляр и с сожалением взглянул на арбалет, что, казалось, источал из себя зеленоватую ржавчину. Несмотря на плачевный вид, выглядело оружие необычно, отчего его всё-таки было решено изучить поподробнее.
«Ух, что ж он тяжёлый то такой! Им по голове бить надо, или стрелять всё-таки?» - поразился молодой человек, беря предмет в руки.
