Женя знал, что под городом фактически имеется ещё один город – подземный. И даже уже знал о том, что раньше, на период примерно равный трети местного года, люди уходили с поверхности планеты в обширные подземные убежища. Причина была «банальна». Одно из солнц прошлой звёздной системы испускало губительное для живых существ излучение, которое, однако, кое-как выдерживали растения. Примерно четверть поверхности планеты не подвергалась губительному воздействию никогда, остальная же часть облучалась с хитрой периодичностью, отчего люди, на ней живущие, вынуждены были уходить в такие периоды под землю. Но после «Вознесения» надобность в подземных городах отпала, так как ненавистное светило осталось где-то там, очень далеко, если вообще осталось. Подобное не хотело укладываться в голове философа, ведь получалось, что некая сила взяла планету из одной точки солнечной системы и переместила её в другую. Безумие! Но всё больше фактов свидетельствовали в пользу истинности выводов, сделанных из разрозненной информации.
Спустившись по винтовой лестнице метров на пять, компания вышла из стены просторного туннеля, идущего как в сторону моря, так и в сторону города. Направившись по этому тоннелю в направлении морской прохлады, мужчины весьма скоро вышли не куда-то, а к самому настоящему подземному доку. Здесь, едва заметно покачивались на воде три небольшие шестивесёльные шлюпки. И ещё одну – четвёртую, Женя заметил не сразу.
- Оценил, да, - гордо заявил гопник, указывая на хитрую шлюпку. - Я здесь за последний месяц бывал три раза, сидел на вёслах. Из этого дока выходит команда, задача которой осматривать стены набережной и береговые сооружения на предмет водной эрозии. Один раз мы возили бородатого хмыря, который накладывал магическую маскировку на сокрытые береговые батареи, уверен, скоро наших гостей ожидает неприятный сюрприз. Хотя этот док скорее дань традиции и хозяйственности.
Женя с интересом разглядывал шлюпку, что напоминала маленькую закрытую яхту. Шлюпку обтягивал сверху сетчатый каркас, обшитый множеством лоскутов материи, которые, словно стая хамелеонов, порывались слиться с поверхностью. Как итог, шлюпка обладала самым настоящим «стелс эффектом». Увиденное одну часть философа поразило, а другая лишь коротко подытожила: «Магия…»
- А ты говоришь не «Алибаба»… - довольно ухмыльнулся Коля.
- Слушай, а почему этот док с моря не видно? Тоже магия? Я вроде осматривал береговую линию.
- Ага, док с моря не видно, замаскирован, я же только что об этом сказал. Вдоль берега, кроме пары таких доков, имеется ещё четыре артиллерийские батареи. Вот только на вид ими не пользовались лет двести. Думаю, их вернут в строй в течение получаса. Хотя там всего по две пушки на каждую, но пушечки солидные… Хорошо быть попаданцем, а? Местные нам полностью доверяют. Знают, что гадить им нам не позволят, - в сотый раз за сегодня ухмыльнулся Коля.
- Когда ты всё это успел узнать? Я вроде город хорошо осмотрел, – подивился Женя.
- Ну, осмотрел и осмотрел, экскурсовод по таким местам не водит. И вообще, харе время терять, за дело. Ах, да, Жень, я хочу твой временный бонус. А свой сейчас собираюсь перечислить Юре, ведь помереть мы действительно можем и есть большое подозрение, что временные бонусы сгорят.
Философ обдумывал услышанное недолго. Обдумав, кивнул и произнёс:
- Ладно, но с бонусом попозже, сейчас подойди вон к той тёмной стене.
Коля не стал задавать лишних вопросов и выполнил просьбу, но тут же от стены отшатнулся. Казалось, тень на каменной поверхности сгустилась, обрела материальность, и превратилась в нечто напоминающее мазутную кляксу размером примерно метр на метр.
- Засунь в неё руки, - немного неуверенно скомандовал Женя товарищу.
- В этот «понос преисподней»! Да ты шутишь!?
Матросы со стариком - дежурным испуганно смотрели на странную «кляксу» из ничего возникшую на каменной стене.
Женя вздохнул.
- Давай уже, я чувствую, всё будет в порядке. При всём идиотизме и спонтанности плана, судьба явно планирует затащить тебя на борт той посудины. Пусть я уверен - закончится всё это пробой местного воскрешения.
Коля скривился, вздохнул, скривился ещё раз и, зажмурившись, засунул руки в массу подрагивающей тьмы.
- «Японцы в городе», она меня держит! - испуганно охнул он философу.
- Да не дёргайся ты, эту штуку, между прочим, трудно удерживать активной.
Внезапно пятно уверенно поползло верх по стене, неумолимо потянув за собой и гопника.
- А-а-а-а, оно меня тащит! «Милиция!»
- Это не оно тебя тащит, а я тебя тащу, - закряхтел от напряжения покрывающийся испариной Женя.
Коля уже не висел на стене, а свисал с потолка. Тёмная масса плавно заползла на потолок, крепко держа его руки, отчего гопник, дрыгая ногами, болтался словно маятник.
– Отменяю, готовься, - скомандовал философ.
«Клякса» отпустила руки висящего и бесшумно впиталась в потолок. Освободившись, Коля упал на край помоста, чуть не потеряв равновесия и не плюхнувшись в воду.
