– Будет, – кивнул лэрр Адам. – Сам прослежу. Спасибо, лэрр.
Ну какая умилительная картина! А кто Алисин недавно трахал? Или это как – чисто телом, а душа остается незапятнанной? Он при этом процессе в кармане фигу держал али пальцы на ногах скрещивал?
– Я сегодня же ночью займусь.
А где это он заниматься таким общественно полезным делом собирается? Не в моей ли лаборатории?
Это еще что за новости?
Не пущу! Самой места мало!
И – да. Я угадала.
Ночь, и тишина, и кто-то топает по особняку боевым слоном.
Кто?
Да вот этот самый хуртар и топает. Дошел до библиотеки, уселся за стол, потом вытащил из кармана мелок, я за этим делом наблюдала со всем вниманием, прямо на столе начертил пентаграмму, вписал в нее несколько рун и достал пробирку с кровью.
Капнул в центр пентаграммы.
– Кровью призывающего и моей властью, я приказываю явиться домовому духу.
Неведомая сила подхватила меня… и бесцеремонно потянула в круг.
За хвост!
Сволочи!!!
Деньги – это хорошо. А без денег – плохо.
Эту истину лэрр Ластан уяснил еще в юности, став лэрром.
Любил отец картишки. И скачки любил, и женщин… а мать любила отца. Потому и помешать ему не могла. Да и занималась она больше сестрой, и сгорела рановато…
Отец умер, когда Адаму было пятнадцать.
И оказался юноша с младшей сестрой в таком положении, что ни единого слова, кроме черных, и не найти.
Имущество заложено-перезаложено, долги висят, хорошо хоть по закону требовать их с детей можно, а вот на улицу их выгнать нельзя. Оставили им какой-никакой, но домик.
Адам заметался, что делать и как быть, а потом решил просто.
Нет у него склонности ни к чему, кроме военного дела. Вот туда и пойдет…
Кинулся в ноги старому отцовскому другу, тоже гуляке, но командиру полка. Тот и пригрел сироту.
Жалованья аккурат хватало на содержание дома и сестры. Ну и пары слуг тоже.
Адам огляделся, подумал и понял, что надо жениться. Вот как возраст подойдет, так и…
Свои способности он оценивал трезво. Воровать не умеет, играть в карты… после отца он вообще к азартным играм испытывал отвращение. Торговать?
Торговать – капитал нужен, кое-какие связи, да и разбираться не худо бы в том, чем торгуешь. Не то прогоришь, как свечка.
Камилла подвернулась неожиданно.
Ах, званые вечера, где бы знакомилась молодежь, не будь вас?
Там-то восемнадцатилетний Адам и познакомился с Камиллой. Ланна, из хорошего рода, не то чтобы богатая, но и не бедная, а главное, умная, милая и скромная.
И Адам начал осаду, здраво рассудив, что жениться выгодно тоже уметь надо.
Нельзя сказать, что родители приняли его радостно, но капля камень точит. Да и репутация у Адама была лучше некуда, портил ее только отец. А так – серьезный молодой человек, карьеру строит…
Сыграли свадьбу.
У родителей Камиллы делового чутья оказалось побольше, они подсказывали Адаму, куда вкладывать деньги, и юноша слушался. И потихоньку и с долгами расплачивался, и быт устраивал… дочку нажили, сестру замуж выдал.
О той истории он вспоминать не любил.
После рождения Миры Камилла так и не оправилась. И лекари запретили им супружеские отношения.
Нельзя сказать, что Адам решился на это сразу. Но…
Он – здоровый молодой мужчина, ему нужна женщина. Главное, делать все так, чтобы не оскорбить жену. И чтобы она не узнала.
Очень осторожно и аккуратно.
Отец Камиллы знал, но оценил деликатность зятя. Как была дружба, так и осталась.
Потом случилось несчастье с Миралией. С сестренкой.
Что оставалось делать Адаму?
Да только взять ее ребенка к себе. Жена против не была, только поставила условие – не удочерять малышку. Адам согласился, не раздумывая.
Тем более Камилла болела, плохо себя чувствовала и наконец вообще слегла.
Адам был безутешен несколько лет.
Не напоказ, не для света, а серьезно. Камилла была его любовью, и понимали они друг друга, и дочь растили…
Его тоску видели все, в том числе и родители Камиллы. И оставались его друзьями.
Шло время.
Росли девочки. Мачеху в дом Адам приводить не хотел, ни к чему, и не привел бы, но этот разговор с ним начал тесть.
Нет!
Не бывший!
Сказать так о родителях Камиллы при всем армейском цинизме у Адама язык не поворачивался.
Но…
– Адам, ты жениться еще раз думаешь?
– Нет. Зачем?
Тесть покачал головой и разлил коньяк по бокалам.
– Потому что девочкам нужна мать.
– Матери у них были.
– Извини. Я неверно выразился. Тебе стоит вспомнить, что они уже взрослые, их надо замуж выдавать, в свет выводить… кто этим займется?
– Найму компаньонку.
– А потом что? Выдашь ты их замуж, это уж скоро будет, обе созрели, и останешься один? На пепелище? Раз в пятиницу будешь на обеды приезжать к девочкам?
О таком Адам как-то и не задумывался. Для него обе девочки были еще… именно что девочками! Какие там замужества-дети-внуки? Ему такое и в голову не приходило.
Ужас!
Тесть его понял. И похлопал по руке.
– Ты еще не стар. Найди себе хорошую женщину, которая сможет скрасить тебе старость. Вдвоем-то всяко веселее…
Адам пообещал подумать.
Асанта подвернулась случайно.
Хотели заказать шляпки девочкам, разговорились с модисткой, слово за слово…
Асанта не была красивой.
