У меня знакомые усыновили мальчишку. Лет до пятнадцати все было в порядке, потом каким-то чертовым – да! ни разу оно не божьим было! – чудом приперся биологический папаша парня.
Алкашня и тварь. Не сдох, к сожалению, но таких и об асфальт не расшибешь. Где уж он взял имя, адрес… секретность у нас в стране на высшем уровне.
Но – явился.
И понеслось.
Ах, вы меня усыновили, вы меня не любите, айфон не покупаете, гулять до часу ночи не даете, музыку выключать требуете, уроки делать… может, вам еще и квартиру убрать?
Нашли раба!
Свободу Спартакам!
Знакомые бились в истерике примерно месяц. А потом… потом начали действовать – не без моей скромной помощи. С алкашом я посодействовала, признаюсь. Загребли его на пятнадцать суток, оттуда он в больничку уехал, где и пролежал еще с полгода. В психиатрическую. Белочку словил. Удачно выпил водочки, в которой были растворены несколько таблеточек, ну и пошел ловить синих слоников и зеленых чайничков.
Не поймал, но удовольствие все получили. А врачи еще и денежку малую, примерно так зарплату за три месяца.
А вот с сыном они придумали сами.
Нашли среди знакомых замечательную семью. Фермеры, живут в деревне, где всех средств передвижения летом трактор, а зимой – лыжи. Автобус туда не ходит, электричество от генератора, а Интернет и сети связи…
Сеть есть. Рыбацкая.
Связь?
Можешь лопатой с коровника помахать, авось спутник и заметит. Заодно коровник почисть.
Да, есть в России и такие уголки, не все еще прогресс испоганил. Туда-то и поехал на эти полгода паренек. С четкой программой «opus enim bonum»[5].
Школу, конечно, пришлось пропустить, взяли академку. И – вперед.
Программа парню не понравилась, но получил пару раз по заднице лопатой, лег спать без ужина и понял, что работать – надо.
Жалко? А родителей? Считаешь ты, что у тебя свинские условия? Ну и полюбуйся на свинок в условиях натурхозяйства. Покорми, хлев почисть, и далее по списку.
Через полгода вернулся поумневший настолько, что «родному папе» с разворота в хрюкало выписал, натренировался на чистке свинюшника.
Но то Мишка. А то Тира, которой такого не прописывали.
Могла она обидеться за что-то и на сестру, и на дядю?
Да. И обидеться, и мстить начать, и все остальное… спокойно! Ей-то никто так же доходчиво не объяснял про жизнь с любящими людьми и жизнь со всеми остальными.
Оставляем ее в списке?
Да.
Три сестрички рыдали хором.
Асанта боялась, что потом и на ее ребенка могут порчу навести. Сестры ее утешали, мол, рука не поднимется…
Утешалось плоховато. Все трое понимали, что и рука поднимется, и нога, и что хочешь. Кому ребенок – категорический императив, кому – сгусток клеток. И не самый родной и близкий, а просто так. Завелось там что-то в пузе…
Родных-то детей убивают некоторые твари, а тут чужой!
Так что баба рыдала, страдала и не собиралась останавливаться на достигнутом. Эрвина временно выпустила свою семейку из-под контроля, и Лаллия этим тут же воспользовалась. Карета в сарае раскачивалась так, что мне стало ясно – там повторяют правила стихосложения. Или стиховычитания.
Любовь – такое дело…
Недолго думая я заглянула в карету.
Не поняла?
Вирент Ольдан фантазировал там вовсе не Лаллию, как я рассчитывала, а вовсе даже супругу Рандана. Алисин активно старалась, процесс уже был близок к завершению.
Вирент страстно замычал, потом перестал раскачивать карету и встал с дамы. Поцеловал ей ручку и сунул в карман… а что мы там сунули?
Домовый дух имеет почти безграничные возможности в своем доме. Так что Алисин споткнулась на выходе из кареты, и из кармана у нее выпал золотой кулончик. Симпатичный, средней ценовой категории.
И откуда дровишки?
Я пристально поглядела на Вирента. Итак, у тебя жена, ребенок, куча долгов… такие обычно стараются устроиться за чужой счет. А этот подарки любовницам делает, и не из дешевых…
Откуда деньги?
Чего я не знаю о Виренте Ольдане?
Поступок-то был логичным, не дает одна, надо стравить пар с другой. Почему не с женой?
Потому что – дура! А секс с мешком на голове и с кляпом во рту здесь вряд ли практикуют. Но Алисин явно из шлюх по призванию, она бы и так переспала с Вирентом. Еще раз – откуда деньги? Или он просто спер этот медальон?
Я решила подумать над этим потом и направилась на поиски Жескаров.
Лаллия музицировала на чем-то вроде здоровущей арфы. Говорю – вроде, потому что форма другая. А может, и струн другое число, и что-то еще. Музыкальных школ мы не заканчивали…
Симон-старший и Рандан Фаулз наблюдали за этим с умиленным видом, заодно и в карты резались.
А где Симон-младший?
И я метнулась по особняку.
Опа!
Симон Жескар-младший нашелся на чердаке. Он ворошил содержимое здоровущих сундуков и явно что-то искал.
Что?
Не знаю, но люк на чердак я заперла снаружи. Пусть поорет, а я объяснения послушаю.
А где Колетт?
Колетт оказалась в холле. Она принимала гостей. А именно…
– Мам, меня папа просил заехать. Все в порядке? Все хорошо?
Сын Колетт как две капли воды был похож на молодого Эрарда Фаулза, каким я его видела на портретах.
– Да, Алек, у меня все замечательно. Ты надолго?
