Синий изумлённо опустил взгляд вниз, к рукоятке собственного ножа, торчавшего чуть ниже области рёбер. Сизая ткань уже потихоньку начала пропитываться кровью. Похвальный болевой порог.
– Какого х…
Договорить он не успел, по причине внезапного взрыва черепной коробки. Со стороны это выглядело, будто по переспевшему арбузу с размаха врезали кувалдой – была голова, и вот нет её совсем. На попадание пули, пусть и крупняка, не похоже вроде. Крежень, что ли, постарался?
– Зря полез, – выдохнул он, утирая пот со лба. – Я бы сам…
– Не благодари, – махнул я рукой, и повернулся к своим. – Эй, грузимся!
И только сейчас понял, что одежда валяется бесформенной кучкой в метре от меня. Да что ж такое! Приходится одеваться чаще, чем какой-то порнозвезде.
Выстрелы понемногу смолкли, загудели моторы. Перевёрнутую машину, приземлившуюся на крышу, после нескольких бесплодных попыток перевернуть на колёса, оставили в покое.
– Полоз, ответь честно – снаружи заражённые? – придержал меня Крежень за плечо, стоило мне накинуть на себя пижаму.
– Думаю, да, – кивнул я. – Но их как раз уже подсократили, так что есть нормальный шанс прорваться.
– Помнишь, ты спрашивал про Пастыря? – неожиданно спросил мужчина, не убирая руку. – Помимо всего, он знаменит тем, что может управлять тварями, подчинять их своей воле.
– Я ими командую ровно настолько, что у палки колбасы имеется больше власти над голодными дворнягами, чем у меня.
– И всё равно, это большая проблема, – вздохнул седовласый, отпуская плечо. – Тебе нужно в Емень, там есть наша штаб-квартира, они могут разобраться, что ты из себя представляешь. Скажешь, что от меня. Пароль – Вероника, запомнил? В остальные стабы даже не суйся – пристрелят сразу, твоя физиономия в числе самых разыскиваемых в регионе.
– Вот обрадовал, так обрадовал…
– Пойми, если ты действительно в состоянии привлечь орду – о спокойной жизни можешь сразу забыть, такому таланту просто не дадут простаивать. Я бы на твоём месте на людях вообще бы не показывался. Старайся опередить молву о себе, иначе снова окажешься в клетке. Бывай.
– И тебе по тому же месту! – откланялся я и плюхнулся на переднее пассажирское сиденье джипа. Рекс габаритами в кабину не помещался от слова никак, поэтому, пришлось ему скрючиться в багажнике. Да он сильно и не жаловался.
На водительское кресло прыгнул довольный Шумахер, позади устроился Сыч, безымянный угрюмый паренёк, сумевший не потеряться в творящейся вокруг суматохе, и парочка незнакомых пижамников, которым не нашлось места в других автомобилях. Такая вот сборная солянка.
К счастью, техника в ангаре прошла долгий путь модернизации, и ключей зажигания не требовала. Машины были заправлены под пробку – хоть сейчас в рейд.
– Уважаемые пассажиры, пристегните ремни и поправьте памперсы, – весело предупредил наш водитель, щёлкнув тумблером. – Если у вас есть какие-нибудь пожелания, перед тем, как мы тронемся в путь…
Мотор приглушённо взревел, отчего сиденье завибрировало мелкой дрожью. Ох уж эти гаражные умельцы…
– Сильно не гони, – угрюмо проворчал Сыч. – А то боюсь – эта рухлядь на ходу развалится.
Створки массивных ворот в дальнем конце ангара дрогнули, и стали потихоньку расходиться в стороны. За ними обнаружился пологий бетонный подъём с ярко-оранжевой разметкой, как на всамделишной подземной парковке.
Первым в освободившийся проход направился массивный грузовик, отдалённо похожий на сто тридцать первый «Зил» с обшитым металлом бортами и широким треугольным отвалом впереди. За головной машиной по очереди двинулись остальные.
– Вот чёрт, – скривился Шумахер, оценив обстановку. – В хвосте мы. Внешники могут вдогон залепить.
– Поверь, первым придётся труднее всех, – успокоил я его, пристёгиваясь.
– Ага, а нас никто не заметит, как же. Слушай, Полоз, даже если мы прорвёмся каким-то чудом за периметр, скажи пожалуйста, что помешает догнать нас на броневиках и раскатать в чистом поле на запчасти?
– Не что, а кто.
Дальнейшие разговоры пришлось свернуть, так как подошла и наша очередь выезжать наружу, где, судя по звукам, творился настоящий Сталинград. На подъем ушло не больше десятка секунд, и вот мы уже во внутреннем дворе, окружённом высокой бетонной стеной с вышками каждые сто метров. Рокот мотора каплей в океане растворился в царившем вокруг грохоте, поэтому вопль Шумахера, вцепившегося в руль так, что побелели костяшки пальцев, я смог лишь прочитать по губам, да и то, наверное, не совсем правильно:
– Жёваный кро-о-о-от!!!
На каждой из вышек весь боевой состав внешников и редких муров стрелял изо всех имеющихся единиц оружия, вот только не по нам, а куда-то за стену. На выскочившие из-под земли автомобили если кто и обратил внимание, то в самый последний момент, когда головной грузовик уже вплотную приблизился к внешним воротам.
