– А у меня никогда не было девушки! – Сижун сжал и разжал кулаки.
– И почему?
– Я же ходил в школу для мальчиков, откуда там взяться девушкам? – Глаза его забегали из стороны в сторону. – Ну а что у тебя? Разве тебя не научили бойфренды, как лучше общаться с парнями?
– У меня никогда не было бойфренда! – Чаоси обратила внимание, что у него никак не получалось расслабить руки.
– И почему? – Сижун повторил ее же вопрос тем же смешливым тоном.
– Я же ходила в школу для девочек, откуда там взяться парням?
Они наконец переглянулись и рассмеялись.
– М-да, совпадение прямо отличное. Ты без парней, я без девушек. – Он неловко засмеялся. – Скажи же, замечательное совпадение? Как это мы с тобой нашли друг друга? – И снова дурацкий смешок.
Чаоси же, опустив голову, чтобы Сижун не заметил ее улыбку, разрезала круассан, а затем вилкой переложила кусочек ему на тарелку:
– Вот тебе сладенького.
Сижун разрезал яйцо пашот, полил его кетчупом и подложил кусочек на тарелку Чаоси:
– Вот тебе солененького.
Они снова взглянули друг на друга и засмеялись. Что их так рассмешило, они и сами не знали, но смех рвался наружу. Съев завтрак наполовину, Сижун вдруг схватился за мобильник:
– Может, сделаем селфи? – И сразу добавил: – На память о нашем первом завтраке.
– Только фильтр поставь покрасивее. – Чаоси отложила приборы.
Сижун развернулся, и они вместе поглядели в камеру. Щелк!
– Дай посмотрю твою работу! – Чаоси потянулась вперед. – Ой, ну а фильтр-то почему не поставил?
– Зачем парню на телефоне фильтры?
– Да, ты 100 % парень! – язвительно заметила Чаоси.
– Да и зачем они, если прилично выглядишь?
– Ты о ком?
– О себе любимом.
Чаоси изобразила, что ее сейчас вывернет.
– Перешлешь мне фотку, когда выйдешь в сеть?
– Конечно.
Заодно они обменялись номерами и подписались друг на друга в соцсетях.
Завтрак подошел к концу. Чаоси и Сижун отправились прогуляться по палубе на пятнадцатом этаже, где почти никого не оказалось, и это было им на руку.
– Тебе не холодно? – Сижун обратил внимание, что от бриза пуховик Чаоси заметно раздулся.
– Все в порядке, только руки замерзли. – Чаоси все пыталась растереть ладошки.
В кино на такой сцене главный герой обязательно бы воспользовался случаем и согрел бы руки героини в своих.
– Да, как-то прохладно. Давай присядем, вон там есть перегородка. – И Сижун пошел вперед.
Провожая его взглядом, Чаоси в душе злилась на саму себя: «Жэнь Чаоси, хватит выдумывать! Вы же с ним не в дораме!»
Тем же вечером в Élysée Palace проходил так называемый «капитанский прием». Пассажиры ужинали в компании капитана и его старшего помощника. Élysée Palace со своей изысканной кухней и роскошной обстановкой как нельзя лучше подходил для таких мероприятий. Незабываемый вечер был гарантирован.
На лайнере это уже стало традицией. Раньше такой почести удостаивались только пассажиры первого класса, получившие персональное приглашение. Теперь же все стало значительно проще: нужно было только забронировать столик. В обычные дни отдыхающие одевались на ужин буднично, но для «капитанского приема» действовал строгий дресс-код. Ожидалось, что гости будут при полном параде.
Папа хотел, чтобы и Чаоси отпросилась с работы, пришла разодетая на прием и попробовала вместе с ним все меню, но она категорически отказалась и предпочла выйти на смену. Сейчас Чаоси, облаченная в черно-белую форму, порхала по ресторану с посудой, не давая отцу ни единой возможности побыть с ней.
В зале витали ароматы сигар и парфюма. Гости общались друг с другом полушепотом. Все в их поведении выдавало осознание торжественности момента; бокалы на длинных ножках и беленькие тарелочки блистали во всей красе в лучах хрустальных люстр. Не успели капитан и старший помощник ступить на красную дорожку, как гости вскочили с мест, чтобы встретить их громкими аплодисментами и пристальными любопытствующими взглядами. В обычные дни капитан и помощник мало кому попадались на глаза, так что все пользовались возможностью оценить тех, благодаря кому они совершали кругосветное путешествие.
Для Чаоси папа был весьма заурядным человеком, но в глазах других – выдающимся и заслуживающим уважения капитаном. Члены экипажа постоянно называли отца Чаоси хозяином «плавучей крепости», в которой они все оказались. С одной стороны, ей не хотелось соглашаться с такой похвалой, но в то же время она немного гордилась тем, что руководит всем на борту ее папа. Со своими чувствами Чаоси еще не успела разобраться.
Но если вдуматься, весь папин почет и престиж стали возможны за счет того, что он неизменно приносил семейную жизнь в жертву карьере, и все детство и юность Чаоси подолгу отсутствовал. Капитаном он, наверно, действительно был хорошим. Но отец и муж из него вышел так себе.
Чаоси хотелось фыркнуть на всех этих людей, которые провожали отца восторженными взглядами.
