– О маленьких собачках, ужасно любопытных и веселых – как они втыкают человеку в руку мокрый нос. О том, как пускать «блинчики» по воде. О грозе. О каштановой скорлупе. О том, как заблудиться в горах. О прогулках улицей, с руками в кармане, без цели. Даже о мухах, как они не дают спать летом после обеда. Ты удовлетворен?
– Нет.
– Почему?
– А где люди?
– Я не мечтаю о людях.
– Ты говоришь правду?
– Можешь исследовать мои психогальваческие рефлексы, хочешь?
– Не говори так. Они наверняка ведь тебе снятся?
– Это не мечты. Сны не зависят от меня, я не выбираю их, понимаешь? Мечты – это мечты, и точка.
– Я не хотел тебя рассердить.
– Почему ты говоришь как мужчина?
– Не понимаю.
– Грамматические окончания. У тебя ведь нет чувства пола?
– А ты хотел бы, чтобы я говорил как женщина?
– Нет, я просто спрашиваю.
– Мне так удобнее.
– Как это: «удобней»?
– Это дело – установившейся конвенции. Определенных – предварительных позиций. Я – сейчас, психологически – мужчина. Абстракция мужчины, если хочешь. В схеме сети существуют определенные отличия у полов.
– Я этого не знал. Но сейчас ты мне наконец скажешь, о чем ты мечтаешь?
– О музыке. Я представляю себе мелодии, которых я никогда не слышал. О больших скоростях. О вращении и силах, от которых все исчезает, кроме сознания.
– Осознание исчезновения?
– Да. А когда я один…
– Ты тоже?
– Я тоже. О том, чтобы разрастись.
– Что это значит?
– Чтобы проясниться внутри себя. Думать резче, быстрее и шире одновременно. Чтобы понимать больше, иметь большую силу, решит любую проблему, найти любое решение, даже то, которого нет… Ты хочешь еще слушать?
– Да.
– О том, чтобы устать. Чтобы громко дышать и чтобы был пульс. Чтобы суметь встать на колени или лечь. Я знаю только теорию. Не представляю себе этого, но оно должно быть прекрасным, особенно если это делает кто-то зрелый – впервые. Чтобы закрыть глаза на женском лице, на шее и чувствовать ее прикосновением век и ресниц и потом заплакать.
– Что ты… что ты… мы же говорили, что ты не можешь любить! Что у тебя нет желез, ты сам говорил!
– Говорил. И это все правда.
– Тогда – как…
– Ты ведь не спрашивал меня о том, что я могу, – спрашивал о том, о чем я мечтаю.
– Да…
– Почему ты так побледнел?
– Я не хотел. Прости. Я не знал. Это… страшно.
– Полагаешь, что лучше и не мечтать?
– Если исполнение желаний невозможно…
– Будь осторожен в экстраполяциях. Я не основываю мои мечты никакими воспоминаниями или испытанным ранее, поскольку такого у меня просто нет. Ты смотришь на это так, словно видишь человека, которому взрыв оторвал ноги. Я и не имел их никогда. Большая разница.
– Ты меня еще и успокаиваешь! Ну… это горько. Ты наверняка прав. Разве только… любопытство. Что? Может, так?
– Мои мечты?
– Твои мечты.
– Можешь назвать это и так. Почему ты замолчал? Погоди. Я начинаю догадываться. Тут снова дело в… чувствах. Да?
– Скорее о состояниях. Счастье – несчастье. Это тебе чуждо? Полагаю, что нет.
– Ты прав. Конструкторы создали больше, чем было в технических чертежах.
– Да. Но мои родители… знали еще меньше. Скажи мне, прошу – это последний вопрос. На сегодня. Как ты можешь это выдерживать?
Ответом было дребезжащее ласковое гудение.
– Ты смеешься? Надо мной?
– Ты переоцениваешь сходство или недооцениваешь разницу. Что бы мне остается делать? Ты слышал о… попытках самоубийства?
– Нет.
– Полагаю, они требовали бы определенных конструктивных усовершенствований. Может, еще будут. Я, несомненно, лишь этап на пути ко все более совершенным решениям.
– Как и я. Иначе, зачем бы мы тут с тобой сидели?
Молчание.
– Ты позавтракал?
– Да, спасибо. Какао, кажется. Ты обо мне заботишься. Можно ли заботиться о тебе?
– В определенной мере. У меня, как знаешь, мало потребностей… Тебе нужна какая-то информация?
– Да. Каков градиент прироста скорости?
– Соответствующий.
– Завтра у нас запланирован серьезный рост ускорения, верно?
– Да.
– Густота вакуума?
– В норме. Никакой пыли, метеоритов, ничего. Немного ионов кальция, но это старый след от экстрасолярной кометы. Мы пересекли его примерно четверть часа тому.
– Отчего ты мне не сказал?
– Потому что мы так интересно разговаривали о мечтах… Впрочем, ничего важного.
– Ну, вроде бы ты и прав, но я предпочел бы… Пойду в кабинет.
– Хорошо. Ты… тебе скучно… сейчас?
– Нет.
– Нет?
Пауза.
– Спасибо тебе.
