Слим сидел за рулем «паккарда» и наблюдал за тем, как двое здоровенных парней, похожие на тех, чьи портреты он видел, вышли из ворот тюрьмы. Он ждал, когда отойдут в сторону, но эти идиоты поставили чемоданы на землю и разинули рты. Слиму надоело ждать, он повернул ключ зажигания, и мотор тихо заурчал.
Машина плавно подкатила к зевакам и остановилась у обочины. Приоткрыв заднюю дверцу, Слим коротко бросил:
– Садитесь в машину.
Джакобо, стоявший ближе, наклонился над дверцей и заглянул в салон.
– Ты это нам, дружок?
– Поговорим, когда откатим подальше.
Джакобо оглянулся. Через смотровое окошко за ними наблюдал охранник.
– Ты прав. Чез, в машину!
Они впрыгнули на заднее сиденье и не успели еще захлопнуть дверцу, как машина сорвалась с места.
– Кому мы обязаны столь пышной встречей?
– Меня прислал Дэйтлон.
Итальянцы переглянулись.
– Черт бы его подрал! Ты хочешь сказать, что Дэйтлон стал большим человеком, боссом?
– Тебя что-то не устраивает? – огрызнулся Слим.
– Нет, все в порядке, – сказал Чезаре. – Крис – отличный парень, немного фантазер, но вот уж не думал, что он захочет нас увидеть…
– Не только он, – оборвал его Слим, глядя в зеркало заднего обзора. – Вы остались кому-то должны на свободе?
– Нет. С кем надо, мы рассчитались. Кое-кто нам должен, но не мы.
Джакобо оглянулся. В трехстах ярдах на той же скорости шел черный «бьюик».
– Это ловкачи прицепились к нам, как только мы отъехали. Поджидали в переулке. Кто-то на вас имеет зуб?
– Нет, парень, это обычные копы из отдела по надзору за «бывшими». Они не представляют собой большой опасности. Их задача – ходить за нами по пятам. Через сорок восемь часов приволочь в суд, а затем водворить обратно в камеру.
– Это не входит в планы Дэйтлона. Уйти от них можно, но от этого положение наше не улучшится. Лишний день на свободе. Суета того не стоит.
– Посмотрим, – сказал Слим.
– Ну, как там Крис, дружок? Ты на него работаешь?
Слим молчал. Он снизил скорость и начал петлять по городу. Машина не отставала. По его расчетам, отрыв должен начаться с тридцатой авеню. Когда «паккард» свернул на нее, Слим выжал педаль газа. Гонки начались. За окнами мелькали улицы, перекрестки, дома. Фигура Слима оставалась неподвижной. Он крепко сжимал руль и перебирал ногами педали. Визг тормозов то и дело разрезал воздух. Канал, мост, поворот… Машина преследователей догоняла.
Братья прыгали на сиденье и орали, как на футбольном матче.
– Не подпускай их! Что ты делаешь?!
Следующий мост. В последнюю секунду Слим ударил по тормозам и свернул в сторону.
Машина преследователей влетела на мост и через секунду свалилась в воду.
– Фортиссимо! – вскрикнул Чезаре!
– Шедевр! – добавил Джак.
– Черт! Мост разобран! А где же предупреждение?
– Я утром убрал его, – тихо сказал Слим, сдавая назад.
Машина развернулась и медленно покатила по дороге.
Они видели в окно, как «бьюик» шел ко дну, и как из него выпрыгивали ребята в штатском. Барахтаясь в воде, они не знали, что им делать, то ли вылавливать свои шляпы, то ли плыть к берегу.
Дэйтлон сидел в глубоком кресле с сигаретой во рту и мягко улыбался. Гости устроились на диване и, причмокивая, потягивали виски из глубоких стаканов. Слим копошился возле бара с бутылками.
– Ты стал дорого стоить, Крис, – оглядывая помещение, обронил Джакобо.
– Внешний лоск. Он ничего не стоит. Я лишь подбираюсь к лакомому кусочку.
– Что ни говори, но здесь шикарно, – добавил Чез, ставя пустой бокал на стол.
– После камеры тебе куриный насест покажется дворцом. Но перейдем к делу. Как я понял, вас пасут копы, и мне это не нравится. Впрочем, это детали. Меня беспокоит другое обстоятельство. Вы получили четыре года, а вышли через шесть. Для дополнительного срока надо очень хорошо поработать. Неужели вы совершили какую-то оплошность в тюрьме? На вас это не похоже.
– Ты знакомился с нашим досье? – спросил Чез.
– Поверхностно. Я лишь знаю, что вас подставили и вы загремели на четыре года. Мне удалось узнать, где вас содержат и когда освобождают. Это все.
Джакобо провел ладонью по курчавой шевелюре и откинулся на спинку дивана.
– Много воды утекло, с тех пор, когда мы с тобой вместе коротали время за стенами Сан-Квентина. Если мне не изменяет память, то мы вышли из нее на четыре года раньше. Чудные были времена. Деньги валялись на земле, и только ленивый не хотел их поднять. Поначалу мы перебрались в Детройт, подальше от Фриско, где успели намозолить глаза, и занялись перегоном машин в Канаду.
– Да, я так и думал, – перебил Дэйтлон. – Учитывая какие вы водители, я предполагал, что именно Детройт вас соблазнит. Двадцать процентов машин Форда уходило налево. Без вас в таком деле не обойтись.
