Я не советовал бы употреблять отравленную приманку, ибо жертвой вашей хитрости первой может стать чья-нибудь собака, в том числе и ваша собственная. Если же вы все же решитесь прибегнуть к отраве, следует утром как можно раньше убрать все кусочки отравленного мяса. Но ведь может случиться и так, что ночью волк, найдя кусок мяса, обильно сдобренный стрихнином, возьмет его в пасть и утащит куда-нибудь подальше, а потом бросит. В таком случае вы не сможете обнаружить сей смертоносный «подарок», и он будет проглочен первой же собакой, которая его найдет.
Один старый сельский полицейский поделился со мной весьма оригинальным способом избавления округи от серого хищника. Нужно заготовить особым образом высушенные губки — «губки на веревочке», как говорят хирурги. Что это такое? Сейчас расскажу. Берут губки, каждую примерно в два кулака, сильно сжимают и в таком виде нанизывают на закрученную спиралью бечевку длиной примерно сантиметров в двенадцать, так что губки становятся чуть ли не меньше большого пальца, а затем высушивают. Как вы понимаете, во время сушки губки сильно затвердевают, но если потом их снять с бечевки и поместить в воду, они напитаются влагой и вновь приобретут прежние размеры. Подобное свойство успешно используют в хирургии, когда возникает необходимость постепенно и равномерно заполнить какую-либо полость. Именно таким способом Нелатон[281] смог извлечь пулю из ноги Гарибальди[282] после сражения при Аспромонте[283].
Так вот, старый сельский полицейский снимал губки с веревки и жарил их в прогорклом свином сале, а затем разбрасывал в тех местах, где, как он предполагал, могут бродить волки.
Найдя сей занятный пончик, зверь жадно заглатывает приманку, ибо пахнет она приятно и не вызывает никаких подозрений, к тому же сало мешает воде проникнуть внутрь, а потому губка еще очень мала. Но, оказавшись в желудке животного, губка подвергается воздействию желудочного сока, в результате чего сало растапливается, усваивается организмом, а губка вновь приобретает способность впитывать жидкость. Это-то и губит волка! Губка расширяется, расширяется и в конце концов заполняет весь желудок, потому что серый разбойник испытывает ужасную жажду, он пьет и пьет, но чем больше он пьет, тем больше расширяется губка. Дьявольская приманка слишком велика, чтобы волк мог отрыгнуть ее и таким образом избежать гибели, ибо она не позволяет пище проникать в желудок. Несчастный волк погибает от голода… хотя и бродит с туго набитым брюхом.
Я предпочту воздержаться от каких-либо комментариев по этому поводу, но хочу все же вас заверить, что старый сельский полицейский не читал мемуаров барона Крака[284], нашего французского Мюнхгаузена, так что ему можно верить.
Вот уж браконьер так браконьер! Лиса — злейший враг всех мелких обитателей лесосек, зарослей и птичьих дворов. Она не рыщет, как волк, по огромному участку, не бродит как неприкаянная по полям и лесам, а ведет, так сказать, «сидячий образ жизни», то есть разбойничает на довольно ограниченной территории, само собой разумеется, изобилующей дичью.
Живет эта рыжая бестия в прекрасном «загородном доме», то есть в просторной, хорошо обустроенной норе, где она отсиживается в случае опасности и выращивает потомство. Лиса столь же осторожна, как и волк, но она в сто раз хитрее серого разбойника.
К тому же эта проныра и пролаза — создание намного более ловкое и увертливое, чем большой и немного неповоротливый (по сравнению с рыжухой, разумеется) волк. Так что если ближайшему сородичу и смертельному врагу собаки и приходится иногда попоститься из-за того, что удача от него отвернулась, то рыжая воровка, большая мастерица обделывать всякие делишки, редко попадает впросак так, чтобы пришлось возвращаться с охоты несолоно хлебавши.
Ловкая, хитрющая мошенница устраивается где-нибудь в потайном местечке рядом с фермой, изучает поле деятельности (или брани, если вам угодно), как грамотный и истинный стратег, упорно ищет (и всегда находит!) слабые звенья в «обороне крепости», намечает место, где лучше всего нанести удар, и выбирает время и место атаки столь искусно, что могла бы привести в изумление и восхищение любого опытного военного.
И вот уже разбойница проникла в курятник! Весь ужас заключается в том, что лиса убивает столько кур и уток, сколько может, как какой-нибудь кровожадный апач. Затем она вытаскивает из сарая окровавленные тушки одну за другой и прячет в тайниках. Занимается лиса этим до самого рассвета, пока первые лучи солнца не загонят ее под спасительный покров леса.
Разумеется, не всегда лисе представляется счастливая возможность похозяйничать на птичьем дворе, а потому чаще всего она ополчается против лесной и полевой дичи. Рыжая разбойница истребляет огромное количество зайцев, кроликов, куропаток, фазанов и даже маленьких косуль. Не пройдет она и мимо выводка жирненьких перепелочек, а также с превеликим удовольствием поглощает птичьи яйца, если находит гнездо. Вот таким образом места, где рыщет лиса, очень скоро превращаются в мертвую пустыню.
