Укутав Семёна в тёплые одеяла, Настя и Николай заботливо хлопотали над ним, и без умолку, перебивая друг друга, рассказывали о своих нескончаемых мытарствах. Поведали они и о несчастном Лёшке Бусине, которого один пьяный уголовник пырнул ножом и полуживого бросил на съедение собакам.
Стемнело.
— Сядем здесь, — разумно решил Антоний, всматриваясь в относительно ровную площадку, свободную от деревьев.
— Устал? — неокрепший голос Семёна с трудом пробился сквозь шум двигателя. — Давай порулю.
— Ну, ты глянь, — довольно усмехнулся Антоний, — не успел оклематься, а уже ручонки тянет. Не хватало ещё в этих потёмках на какую-нибудь скалу или ёлку налететь…
— Тут до ближайшего городка осталось… всего ничего, — заспорил Семён, тыкая пустой кружкой в развёрнутую у себя на животе географическую карту.
— Нам теперь только один город нужен, — металлическим тоном оборвал Антоний. — Владивосток. А там на корабль… и на все четыре ветра. Заправляться будем на нефтедобывающих комплексах у вахтовиков. Сейчас этих буровых вышек по всей Сибири понатыкали, плюнуть некуда. Охрана у скважин, можно сказать, никакая, а горючего хоть пруд пруди. В общем, огородами полетим…
Через несколько дней нелёгких скитаний с вынужденными остановками в пути то из-за мелких поломок, то из-за нехватки топлива, все четверо благополучно долетели до Владивостока. Выправили всякими правдами и неправдами загранпаспорта; приобрели супердорогие и очень «горячие» туристические путёвки; и пересели на гигантский тихоокеанский мега-лайнер класса «Люкс», где разместились в двух роскошных стометровых сьютах, оказавшихся свободными в связи с отказом каких-то двух важных персон из России подтвердить на них свою бронь. От пассажирского терминала круизный лайнер водоизмещением более ста тысяч тонн должен был отчалить уже на следующий день и продолжить кругосветное путешествие через воды Тихого океана к берегам Северной Америки.
А тем временем, далеко в Сибири, под толстой плёнкой полиэтилена в прелом месиве угля и пепла, надёжно защищённого увалистыми сугробами мёрзлого снега, пробудилась и начала возрождаться новая плоть Медунова. Кучка чудом уцелевших в огне клеточек кинирийского ведуна, впитав влагу, налились жизненными соками, и, подобно мицелию подземного гриба, стали быстро прорастать своими хрупкими белыми нитями во все поры плодородного субстрата.
Посетив очередной бутик на борту круизного лайнера и хорошенько приодевшись, Антоний, сияющий и довольный, неспешно возвращался к себе в изысканную трёхкомнатную каюту с овальным балконом, джакузи и персональным сейфом.
— Добрый день, Антон Николаевич, — вежливо побеспокоил услужливый батлер, по обе стороны которого расположились два плечистых сотрудника из службы бортовой безопасности. — Я ваш персональный дворецкий. Необходимо уладить одну нетерпящую отлагательств формальность.
— Весь во внимании, — приподняв уголки рта, безучастно отозвался Антоний. — А-а… в чём, собственно?
— Пассажирам корабля не положено иметь при себе оружие, — бархатным голоском проворковал дворецкий.
— И чего?! — неубедительно возмутился Антоний, обращаясь, по большей части к одному из представителей службы безопасности. — Сами же вчера наш арсенал в камере хранения закрыли. Электрошокеры, травматику…
Тактичный дворецкий чуть подался к Антонию и доверительным тоном уведомил:
— Прошу прощения, Антон Николаевич. Он по-русски ни бельмеса.
— Ну, так переведи, — нетерпеливо велел Антоний. — Как тебя там?
— Павел, — скромно, без тени обиды напомнил персональный дворецкий, и ещё раз попробовал деликатно вразумить строптивого пассажира: — Антон Николаевич, лучше бы сдать. Ваш спутник, Семён Григорьевич, утром на восьмой палубе у пятой спасательной шлюпки пистолетик обронил. Стюард палубы доложил.
От досады Антоний закатил глаза и с шумом выдохнул:
— А чего ты тогда до меня-то дое… докопался?
— Потому что он сейчас у вас, — с тихим смиренным упорством объяснил Павел, — в кармане. Семён Григорьевич вам его сегодня в лифте передал.
— У них тут что… везде видеокамеры? — с заметным неудовольствием в голосе спросил Антоний.
— Кроме туалетов, — взболтнул лишнего Павел.
Порывшись некоторое время (для приличия) в карманах новомодного клубного пиджака, Антоний извлёк на досмотр дамских размеров револьвер системы Вальтер и протянул одному из служак:
— Я недавно в Интернете прочитал, что пираты один туристический лайнер в Тихом океане из гранатометов расстреляли. Вот… вооружился.
Паша почти синхронно перевёл устное объяснение Антония на английский и преданно воззрился прямо в рот старшему офицеру. На что тот, выдержав недолгую (немного туповатую) паузу, в ответ что-то неряшливо прожевал на своём наичистейшем американском диалекте.
Паша добросовестно перевёл:
