И только сейчас, после выполнения самой лёгкой части операции, парень позволил себе отдохнуть две минуты, затем надел респиратор и включил тонкий фонарик.
Осмотрел мокрые испещрённые коррозией стенки колодца, скривился, увидев чавкающее дно, в котором топтался в непромокаемом водолазном костюме, обтягивающем тело, и содрогнулся.
Мысль о возможном безвыходном положении, о том, что здесь по какой-либо причине можно остаться навсегда, привела Никиту в сильную дрожь. Пахнуло клаустрофобией.
Он потряс головой и заставил себя думать о другом.
Ещё минут десять корчился и корячился с баллоном, размещая его под гидроузлом, монтировал и подсоединялся к расходомеру-счётчику сети.
Потекли минуты пыхтений, брани и скрипа.
Никита, вытирая со лба и щёк капли пота и влаги, сжался так, что стал похож на исполинскую гусеницу, обползающую свои владения.
– Если сейчас пустят воду, ток или газ, то мне капец! – вслух подумал парень и скукожился от идиотской мысли. – А если меня закупорят снаружи?!
Опять до помрачения затошнило и свело судорогой желудок и гениталии. Между ног словно скальпелем пощекотали.
Но поддаваться психозу и панике нельзя! Иначе произойдёт что-то из ряда вон выходящее.
Никита с трудом унял дрожь и стресс, сделал несколько глубоких вдохов. Туман и страшные иллюзии в голове немного рассосались, и ум прояснился.
Он с силой провернул ржавую гайку патрубка и выругался: плохое настроение напрочь овладело им…
…Девятый порядковый в отделении охраны Пятой Вдовы, коренастый белобрысый парень в тёплой куртке и вязаной шапочке поправил за пазухой самозарядный пистолет «ТЁК-22», называемый в простонародье иноспецслужб «Скорпионом», и присел возле раскрытого люка.
Чугунный щит, чуть сдвинутый в сторону, и отчётливые следы человека и какого-то груза привлекли внимание охранника внешнего наблюдения Вдовы.
– Вдруг взрывчатка!? Киллер, етить твою налево! – чуть не воскликнул охранник и потянулся к кнопке включения радиотелефона.
В лесу, чернеющем за матовым лугом, еле слышно тюкнула специальная автоматическая «СВУ-А».
Пуля «Чирок» из серии патронов «СП» разнесла белобрысому крепышу голову. Тело кулём рухнуло подле чёрного лаза.
Гур снова перевёл ствол и оптический взгляд на людей, с «качанием» пересекающих открытую местность.
Никита примерился, прикинул что-то в уме и начал работать дальше.
Опытному специалисту-слесарю или сантехнику здесь трудов-то на десять минут!
Никита выполнил всю работу за тридцать три минуты: вставил и закрепил манжетой клапан трубки-отвода, перекрыл и отрегулировал подводку к расходомеру, покорпев со ржавым вентилем, подсоединил насос и аккумулятор.
Через несколько секунд Никита червём полез наверх, к выходу.
Время летело, а диверсанты медленно приближались к цели. Застрелили двух собак, тихо сняли часового-охранника на дачной улице и плотно окружили коттедж Вдовы.
Теперь ждали контрольного сигнала. Но вместо долгожданного приказа о штурме объекта в наушниках бойцов раздалась совершенно иная команда:
– Отбой! Всем боевым единицам отбой! Возвращение на исходные позиции. Уничтожить ВСЕ следы! Конец связи.
Ошеломлённые и озадаченные штурмовики восприняли приказ, как должное. И стали сворачиваться.
Подобные сцены за их насыщенную жизнь происходили не в первый раз.
Гуру дали задание страховать Истребителя до окончания операции и только потом оставить позицию.
Наконец-то руководители там, наверху, договорились и приняли разумное решение. А главное, единогласное!
Снайпер проследил за отходом штурмовиков неизвестного подразделения и отыскал в инфракрасный тепловик прицела новоявленного напарника.
Никита вылез из коллектора и ужаснулся.
Перед ним лежал труп охранника, а на вороте его одежды попискивал сигнализатор вызова.
Резко вскочив, зажав в кулаке «МСП», повёл им в стороны. Никого. Снял респиратор и кислородный шланг, поправил маску, изменил позу. Выудил ПНВ и прочесал вооружённым взором местность. Особо уделил внимание опушке леса. Никого.
Пожал плечами. «Подставляют? Или помогают?!»
Закрыл люк, аккуратно обходя изуродованного охранника, и услышал голос другого.
Тенью метнулся к кустам, прошмыгнул вдоль теплотрассы и замер.
Крепыш в куртке и чёрной шапочке, со «Скорпионом» в правой и радиотелефоном в левой руке – точная копия покойничка возле коллектора, осторожно пробирался по обочине дачной дороги.
Улицы в «Вишнёвом» пересекались строго перпендикулярно, как стрит и авеню в Штатах. Охранник высунулся из-за угла забора, осмотрел через ночные очки перекрёсток и завернул к водонапорному узлу.
Труп товарища он заметил чуть раньше, чем ощутил удар в спину. Упал на коллектор, наполовину выступающий из земли, и сильно шмякнулся лицом о железо.
Никита передавил бедняге «сонку» и, прихватив свою сумку, налегке побежал по тропинке.
Наконец-то из-за жутких безмерных туч вылупилась луна, навеяв тоску и тусклый свет.
Все предметы и сооружения приняли смутные очертания. По улицам пробежался лёгкий свежий ветерок, шевеля кусты сирени, черёмухи, рябины и берёз.
Из темноты доносился рёв кота, усугубляемый мяуканьем кошки.
