Сам метнулся в салон на пол и дёрнул дверцу.
Пистолет-пулемёт задрожал в руках девушки с косичкой.
Пули калибром в девять миллиметров прошили жёлтый борт «РАФика» крупными дырами. Вторая очередь пошла ниже, но парня в машине уже не было.
Он перекатился в пыли и по мелкому гравию к глыбе средних размеров и освободил правую руку. В ней оказалась мощная эффективная в таких ситуациях «РОНГ-3». Чека щёлкнула и отлетела.
Бросок.
Опытная в боевых операциях девушка крикнула, выпрыгивая в заднюю боковую дверцу. Водитель-туркмен, один из силовиков Курбана, тоже не замешкался, но очутился в менее выгодной позиции.
Ручная наступательная граната, в пять раз превосходящая «Ф-1», взорвалась перед левым крылом «Волги».
Автомобиль дёрнулся и задымил, покрывшись густыми трещинами и дырками. Все стекла осыпались.
Шофёр-боевик скорчился около подбитого авто и замер.
Девушка с пробитой осколком голенью сморщилась и прислонилась спиной к колесу с тыльной от Топоркова стороны «волги». Затылок стукнул по крылу, и косичка волос не смягчила удар.
Но она поникла и расквасилась не от боли!
Она поняла: теперь ей не уйти. Никогда.
Как глупо, как быстро! Всего какая-то граната, да вон ещё красная легковушка зашла в обход! И всё!
«Живой я им не дамся!» – подумала девушка и щёлкнула новой обоймой.
Шагов она не услышала. Видимо, собственные шорохи и идиотские мысли заглушили мягкую поступь противника.
Она вынула «русскую грушу», вырвала чеку, а ПП направила на приближающуюся «девятку».
«Сейчас гранату за борт, а свинец тебе, мужик, в подарок!»
Никита наверняка не ощутил её мысли, но сделал всё быстро.
Четыре тихих выстрела, и прыжок в безопасную зону. Опять пыль!
Взрыв.
Автомобиль Стаса притормозил, развернулся и окончательно встал. Топорков заметил, как скривилось в отвращении лицо агента. Сам же парень даже не стал смотреть на то, что осталось от бедняги.
– Это ОНА? – крикнул напарник.
– Нет. Та в «Мерседесе»! – громко ответил Топорков. – По машинам.
Простреленный почти насквозь «РАФ» заурчал и устремился через пустырь. Красная «девятка» последовала за ним…
Агент по прозвищу «Скат» – угрюмый худощавый туркмен лет двадцати восьми, держа руку за отворотом ветровки, поспешно пересёк дворик двухэтажного деревянного сверху и каменного снизу домика – таких, кстати, здесь наворочено с сотню – и поднялся по скрипучей лестнице наверх.
Боевик скрылся за дверью. Где-то хлопнули мухоловкой, засмеялись звонко, по-детски. В соседнем флигеле женщина и мужчина ругались друг с другом. За домами лаяли и дрались собаки.
Скат, отирая спиной штукатурку стены, попытался заглянуть в мутное окно и прислушаться.
Он успел осознать, что второй этаж имеет сквозной проход, а обувь на специальной подошве не шуршит и не стучит.
Сзади был враг.
Скат сделал вид, что лезет дальше, хочет войти в дверь, а сам чувствовал, как призрак за спиной берёт его затылок на мушку.
Больнее и ужаснее нет мысли, как понять, что тебя сейчас убьют!
Скат понял, что провалился, несмотря на предупреждение Истребителя.
Только действия! Только движение спасёт его!
И он решился на отчаянный смелый шаг. Выбирать не из чего!
Рванул на перила, мотнув головой и одновременно выбрасывая руку с «АСПБ» Дерягина в сторону противника.
У каждого профи-силовика свой вкус, а, следовательно, любимое оружие! И если табельное силовикам выдавалось постоянное, одинаковое и положенное, то в боевых операциях разрешалось использовать любое.
В прыжке тазом сломал поручень, сделал три выстрела и только потом рухнул на утоптанную землю двора.
Самозарядный бесшумный пистолет выпал из руки. Плечо хрустнуло и дало паралич на весь бок.
Неудачное приземление!
Ошибка террориста состояла в том, что он целился в голову! В таких случаях, когда вопрос – кто кого, спец выбирает самую широкую и большую мишень, коей всегда и в любых ситуациях считается спина или грудь. Потом, пожалуйста, добивай контрольным!
Верзила в тёплой рубашке и серых штанах зажал ладонью глаз, из которого хлестала кровь. Раненное предплечье не волновало: больше всего ныла голова.
Пуля вошла в глаз и вырвала в затылке дыру с чайное блюдце.
«Как больно!..» – сказал про себя боевик и стоя умер.
Скат увидел, как здоровяк сполз по стене на пол и через мгновение сам потерял сознание…
– Сапар, Сапар! Бархан! Ответьте ЯК-3. Как дела, ребята?
– Сапар пошёл по кольцу, я держу сзади стометровку. Можем запросто положить их!
– Нет! Нельзя. Там заложник! – сказал в пуговку на уголке ворота Никита и прищурился. – Слушайте, ребята, у вас же с собой «Спектры»?! Позыркайте там – все ли на месте!
– Мы же их почти не упускали, командир!
– Почти не считается! Давайте, рассейте мои сомнения!
– Вас понял, Як-3! – голос Сапара.
Минута тишины. Гудение мотора.
– Як-3! Як-3! Приём. На связи Сапар.
– Вас слышу. Говори.
– Их в «Мерсе» трое. Только трое, командир!
– Ясно, Сапар! Тебя слышу. Раньше, ребята нельзя было сделать?! Так трудно?!
Молчание в эфире.
– Что делать, командир? Тех пятеро было в тачке!
– Так. Убирайте объект, и на объездную. Живо!
Никита связался со Стасом, затем с агентом «Людой».
– Доложи обстановку, Люда!
