Аравейн осуждал императора за то, на что тот обрёк девушку. Он почему-то всегда очень хорошо относился к Элли. С самого первого дня, как она появилась в замке. С удовольствием учил её магии, часами гулял с ней в парке, когда Эдигор был занят. И теперь ему, вполне возможно, было не легче, чем императору.
Эдигор усмехнулся. Кто кого предал - вот вопрос. Эллейн его? Или всё же он девушку? Как раз в тот день, когда попросил её соблазнить Иборга, а позже даже не попросил прощения и не сказал: "Оставь. Не нужно переступать через саму себя, втаптывать в грязь, уничтожать личность".
- Тебе не противно? - спросила Элли однажды, когда Эдигор целовал её.
- Что? - не понял император.
- Не противно быть со мной? - повторила она, опустив глаза. - Ты же знаешь, что я сплю с Иборгом. Тебе не противно, Эд?
Тогда он смог только пробормотать: "Нет, ну что ты, Элли" и постараться утешить девушку объятиями и поцелуями.
Теперь Эдигор хотел бы вернуться туда, в тот самый день, когда он впервые попросил Эллейн соблазнить главу реформаторов, и исправить свою ошибку.
В отличие от императора, Иборг никогда не использовал Эллейн, всегда был с ней откровенен и честен, а однажды девушка вообще сказала, что он любит её. Тогда Эдигор не обратил внимание на это замечание, его волновала только информация о тайных обществах и их планах, а не чувства Иборга.
Что ж, Эллейн сделала свой выбор не в пользу императора. И он понимал её. Возможно, девушке просто захотелось быть любимой и не делить свою постель с двумя мужчинами.
Поэтому в сердце Эдигора не было ненависти к Эллейн.
Тихие шаги вторглись в сознание императора, заставили его сердце тревожно сжаться... но через секунду он уже успокоился, когда понял, что это была не та, которую он так хотел бы видеть.
В спальню Эдигора вошла Дориана.
- Что ты здесь делаешь? - тихим и хриплым голосом спросил он, открыв глаза. Девушка была очень бледной, она кусала губы, серые глаза тревожно блестели.
- Я просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь, - ответила Ана жалобно. - Я ведь не могу почувствовать тебя, а по эмоциям других людей ничего не понять.
- Со мной всё будет в порядке, - ответил Эдигор, вновь закрывая глаза. - Не пойму, чего ты так беспокоишься, ведь Аравейн...
- Да потому что я люблю тебя, дурак!
Если бы у императора было больше сил, он бы подпрыгнул на постели - так громко крикнула Дориана. Но сил у него хватило лишь на то, чтобы резко распахнуть глаза, покоситься на свою жену, побледневшую ещё сильнее, и переспросить:
- Что ты?
Теперь Ана покраснела.
- Люблю тебя, - буркнула девушка, но глаз не отвела.
А Эдигор смотрел на неё и думал о том, что, возможно, судьба дала ему второй шанс. Он не смог сделать счастливой Элли, даже наоборот, принёс ей ещё больше горя. И теперь он должен постараться, чтобы не обидеть Дориану.
- Иди сюда, - сказал Эдигор, улыбнувшись.
- Куда? - спросила девушка испуганно.
- Сюда, - повторил император, для наглядности похлопав рукой по поверхности постели рядом с собой.
Взгляд Аны стал ещё испуганнее, но потом девушка всё же подчинилась - подошла и села рядом. И слегка вздрогнула, когда Эдигор взял её за руку.
- И давно ты меня любишь, Ана?
Император смотрел на свою жену спокойно и ласково, и Дориана чувствовала, как постепенно отступает волнение, уходит страх.
- Мне кажется, с самого первого дня. Только тогда я была слишком маленькой и не понимала этого. Эд... - девушка запнулась и закусила губу, о чём-то напряжённо размышляя.
- Что? - спросил Эдигор, ласково сжав руку Аны.
- Я... могу стать тебе настоящей женой? Как Лу для Люка?
Император рассмеялся.
- Ана, ты стала моей настоящей женой ещё восемь лет назад.
- Ты знаешь, что я имею в виду, не притворяйся! - буркнула девушка, так забавно надувшись, что Эдигор не выдержал - превозмогая боль, приподнялся и поцеловал Ану.
Для неё это был самый первый в жизни поцелуй - если не считать того, в день свадьбы - поэтому Дориана вздрогнула всем телом и чуть не свалилась с кровати.
Девушка никак не ожидала, что её охватит столько странных, неведомых прежде чувств - и если раньше такое бывало с ней в минуты, когда рядом находилось слишком много народу, и чувства были чужими, то теперь они были только её собственными.
- Это ты имеешь в виду? - улыбнулся Эдигор, целуя Ану сначала в один уголок губ, а затем в другой.
- Да, - девушка была не уверена, что произнесла это слово, в таком она пребывала смятении. Но, во всяком случае, Дориана это слово подумала.
Император, чувствуя, что ещё немного - и он потеряет сознание от боли - обнял свою жену и вместе с ней осторожно лёг на постель, постаравшись пристроить девушку так, чтобы она не давила ему на рану.
