Едва оказавшись в воздухе, охотник увидел стремительно приближающегося Рэна и мгновенно занес клинки, готовый встретить противника. Однако ослабшее тело подвело его, и руки оказались недостаточно быстры. Лезвие Эрнии прорезало его хламиду и плоть. Горячий удар вспорол грудь. Гневные энергии меча-резонатора, как игрушку, откинули побежденного врага в пучины аномалий. Охотника ударило об стену скалы, бросило на другую, и только после этого сокрушительные силы швырнули парня на дно ущелья.
Отплевывая кровь, он с трудом вновь поднялся на ноги, явно не готовый так быстро отбить новую атаку. Но его противник спрыгнул рядом, не поднимая оружия.
— Насколько же боялись Запрета первые из вас, что готовы были губить одни нелепые жизни об другие? — уже без гонора произнес Рэн, смотря на раненного противника.
— Это стоило… того, — сбившееся дыхание и вытекающие с кровью силы, мешали парню говорить четко. — Мы готовы были страдать за тех невинных, кто попал… под гнев перешедших Запрет.
— Мне не нужно никакой обсерватории и знаний старых библиотек, чтобы помнить историю. За все время существования энтэссеров только один человек по-настоящему перешел Запрет и потерял над собой контроль.
— Кид Айжен, — выдохнул парень. — Его жадность погубила целый город и древнейшую расу, чьи учения когда-то переняли мы… не говоря уж о сотнях убитых им людей.
— Людей из Черного Альянса, уничтожившего его родной город, — с хорошо читающейся горечью в голосе отметил Рэн. — Но он смог осознать свое заблуждение, и вернуться в сознание. После этого даже позволил самым большим мирам объединиться. Он спас больше жизней, чем отнял. В конечном итоге, Кид смог сохранить свою человечность. И в этом ему помогло его гениальнейшее изобретение — резонатор, созданный из его любимейшей гитары.
— Не все такие, как он, — словно оправдываясь, произнес охотник, вновь занимая боевую стойку. — По нашему пути следовали десятки, может быть, сотни верующих в правильность наших решений. Пусть порой наши меры были слишком радикальны, но мы всегда сражались за общее благо. Единичные случаи не могут объяснить всего…
— А миллионные случаи?! Сколько жило людей здесь, когда твои предшественники, не найдя способа противостоять кому-то из Запрета, решили заморозить вместе с ним целый мир?! А потом скрыть все это за полем аномалий и похоронить вместе с собой, превратившись в мучеников-героев? И даже мучениками стать достойно они не смогли. А вместо этого собрали все запасы, трусливо сбежали из храма и укрылись в маленьком мирке-пересечении, где рассчитывали дождаться помощи, пока обреченный ими мир, полный невинных людей, умирал.
— Что?! Откуда ты… — глаза парня округлились, и он никак не смог отреагировать на отразившийся в них взмах клинка. Удар Эрнии четким разрезом коснулся его рук и опрокинул навзничь. Выпавшее оружие жалобно упало на дно ущелья.
— Я же говорил: мне не нужна обсерватория и библиотеки. Я вижу мир чистым взором. Незамутненным ни аномалиями, ни артефактами, ни собственной манией величия, — спокойно произнес Рэн, ставя ногу на грудь поверженного противника. — А ты же, сам того не замечая, ждал «освобождения». Ты просто рвался разрушить то одиночество, на которое тебя обрекли забывшие ребенка трусы. Только тем путем, который оставили тебе росписи на стенах храма и его сумасшедший призрак. Ты сам оказался в плену собственных амбиций. Твой путь завел тебя в тупик…
Джейт неслышно опустился рядом, ожидая решения Рэна. Разбитый охотник смотрел на своего противника снизу вверх, забыв про сражение.
— Так что же…? — сипло произнес он. — Теперь ты освободишь меня? Не важно каким образом, после этого сражения я все равно бы закончил свой путь. Как делал каждый их них — моих предшественников. Либо умирали в сражении со своей целью, проигрывая Судьбе. Либо выполняли свое предназначение… а затем лишали этот мир еще одной угрозы — самого себя. Так становились святыми…
Рэн невесело улыбнулся. Эрния перевернулась в его руках… и замерла в левой. Правой Однорукий оперся на колено.
— Нет. Мне нравится твой путь! Ты отчаянно стремишься вырваться из одиночества, найти настоящую живую цель, в которой был бы уверен. И ты уверен, что мир стоит избавлять от слишком сильных людей, чтобы слабым жилось легче. Не имею ничего против твоей веры!
Джейт опешил, не понимая, как относиться к происходящему. А Рэн же, наконец, убрав ногу с груди не менее пораженного парня, протянул ему руку.
— Ты можешь продолжить поиски и правильные истолкования своего предназначения со мной! Я предлагаю тебе место на моем корабле, комнату, компанию и возможность покинуть этот мир и странствовать по другим! Ты сам сможешь увидеть все, узнать историю, и составить свое собственное мнение об Энтэриусе. Сравнишь его с тем, чему с пеленок тебя учила Обитель. А после этого, я приму любое твое решение. И даже, если ты будешь готов, еще раз приму твой вызов. Мы сразимся снова после всех твоих открытий, чтобы ты, во чтобы то ни стало, дошел до конца выбранного тобой пути!
