С высоты открылась одна из самых необычных картин, какую только видели Джейт и Сойер. Под ними собралось около двадцати луговых глайдеров, маленьких воздушных картеров, шхун, торговых бригов и фрегатов, загруженных всякой всячиной. Почти вдоль всего скопления машин тянулась старая платформа, заполненная ангарами, залами ожидания, несколькими жилыми и техничекими зонами, почти полностью опустошенными.
Зато на мостках, ведущих к кораблям столпилось великое множество людей с сумками и вещами. Огромная многоликая масса что-то кричала, толкалась и понемножку загружалась на отдельные подлетающие суда.
Все это происходило в лучах яркого ржавого заката. Сочащееся светом солнце садилось где-то вдалеке, над травянистыми холмами и равнинами, по которым ползли багровые тени наступающей ночи. Небо закрывали черные непроглядные тучи, по которым изредка без всякого грома пробегали резкие разряды молний.
Альтарион переплыл пробку из луговиков и плавно пошел на снижение в сторону техзоны порта. На пустынных улицах не было ни души, лишь в паре брошенных в спешке мастерских виднелась парочка семейных шхун. Их старательно ремонтировали хозяева, пользуясь оставленными без присмотра техплощадками. Рэн пришвартовал глайдер к одному из пустующих мостков, выключил все вспомогательные системы и со вздохом подошел к краю борта, вглядевшись в бушующую в порту толпу.
— Что с ними со всеми? — беспокойно пробормотал Сойер.
— Я так понимаю, это показатель эффективности пропаганды Гильдии, — с явным удовлетворением отозвался Рэн. — Эйн сообщила, что по счастливой случайности в этом мире у нее был кто-то из учеников. И, похоже, ее агент очень эффектно справился с задачей. Предупредил всех о том, что грядет Ночь Прорыва Пустоты или как-то так… при чем, последняя в истории этого мира.
— Значит, в сражении с Корвеносцем нам не придется беспокоиться о случайных жертвах? — с улыбкой произнес Джейт, доставая очередную порцию сушеной растительности для самокрутки.
— Эээ, Джейт, слишком низко мыслишь, — с лукавой улыбкой протянул Рэн. Капитан задумался на пару секунд, смотря в сторону угасающего заката. — Что же команда? Это последний из запланированных боев. И будет он отнюдь не легким. Все, повторю это. ВСЕ, с чем вы сталкивались до этого: опасности, аномалии, войны, неожиданные неприятности, прогулки по эриаду — все это просто шутки по сравнению с тем, что нас ждет впереди.
— И мы готовы, Рэн, — заверил друга Джейт. Сойер поспешил согласно кивнуть. — Если ты сейчас начнешь предлагать нам последний шанс без обид покинуть тебя, чтобы не подвергать себя опасности, то не трать силы. Скажу сразу: мы команда и на все это изначально подписались. Помнишь? Идем до конца…
— Да-да-да! Даже не буду языком чесать про то, будто меня беспокоит сохранность ваших шкур, — усмехнувшись, отмахнулся Рэн. — Просто моральная подготовка. Сэнтэл Ай-Зур — это высокоорганизованная высокотехнологичная армия, обвешанная технологиями естественного научного и аномального прогресса. Каждый солдат — это натренированный убийца, заточенный на сражение с энтэссерами. Они не знают жалости, не знают понятия справедливости. Это машина правил и устоев, которая уничтожает все, что им сопротивляется. И в сражении с Ай-Зур всегда помните, что эти ребята готовы будут использовать любое самое неприятное преимущество и самое неожиданное решение, чтобы одержать победу.
— И тем не менее, они слабы. Не телом, но духом, — неуверенно вставил Сойер. — Ибо солдаты Ай-Зур бездушны. Со всеми апгрейдами их собственных тел, костюмами, оружием и системами контроля — они словно роботы, неспособные к гибкости и неожиданности, свойственных любому нормальному человеку. Я не боюсь бездумных машин. Против каждой системы есть контр-мера. Меня больше беспокоит сам мир и прорывы пустоты.
— Это тоже крайне важный фактор, от которого в немалой степени зависит весь успех нашей затеи, — оживленно продолжал Рэн. — Прорывы пустоты, или, как их тут называют местные, эриадные наводнения, случаются тут каждый год. Ночь Прорыва Пустоты длится от трех дней до недели. Эриад наполняет различные части этого мира, стремясь стереть любую материю, наполненную хоть какой-то энергией. По неясным причинам эриад не причиняет вреда естественному ландшафту и природным элементам…
Мир все больше погружался во тьму. Последние лучи солнца скрывали в сумраке холмистые поля. Окинув их взглядом, Джейт задумался о том, что такими пустыми поля могли быть совсем не случайно. Если эриадные наводнения поглощают все, чего касается энергия, то есть практически все, что создано человеком, то как много подобного могло исчезнуть в этом мире без следа? Оставив после себя только травянистый луг или дыру в земле…
— В кромешной тьме будет сложно понять, где чистый воздух, где сэнтрэй, а где сам эриад. Достаточно один раз оступиться, и… — Однорукий сделал символичный жест, давший ясно понять, что попадания в эриадное наводнение грозит мгновенным выписыванием из истории существующих.
