Теперь все происходило словно не с ней.
В кровь раздирая руки, Рида протянула их вперед, сквозь лед, и поймала серебряные нити, пронизывающие этот каркас, а сейчас и ее сердце.
А ты в кругу лучись,
Иного счастья нет,
И у звезды учись
Тому, что значит свет.
Теперь нашлась работа для всех десяти пальцев. Нити задвигались, переплетаясь, кроша вокруг лед. Не смотря на все защиты, каждое движение отдавалось болью: руки - сердце - солнечное сплетение.
Но в бреши уже хлынула извечная родная чернота. Страх уходил, осталось только наслаждение - ее ремесло снова было у нее в руках. И снова ей удавалось все, чего она хотела.
Но долго радоваться Рида себе не позволила - это было не менее опасно. Она закрыла глаза и позвала: "Конрад, Кон Юный! Иди ко мне!".
Открыла глаза и увидела его таким, каким знала прежде, - свободным от страха. Под их ногами лежал узкий мост, сплетенный Ридой из серебряных нитей.
Она рассмеялась, схватила его за руку и потянула за собой. Туда, куда вел их мост.
А я тебе хочу
Сказать, что я шепчу,
Что шепотом лучу
Тебя, дитя, вручу.
Они бежали сквозь разноцветные леса, сквозь искрящиеся потоки, сквозь волны земных и неземных запахов. Но Рида твердо знала, что ждет их там, на другом конце моста.
Ошейник всегда приводит к тому, кто его создал.
Лица Рида не разглядела - не было времени. Нагнувшись, она схватила обеими руками ткань моста, несколькими движениями превратила ее в сверкающее белое копье, прицелилась в темную смутную фигуру, и бросила.
И снова на мгновение (дольше никак нельзя) почувствовала обжигающий, запредельный восторг.
Не промахнулась. Попала.
- Рида, любимая, проснись! Пожалуйста, Рида, ты слышишь меня? Пожалуйста, открой глаза!
Это Конрад.
И голос Пикколо.
- Да успокойся, Кон. Видишь, она уже вернулась. И душа ее на месте, честное слово. Дай ей отдохнуть.
Рида вспомнила свои ночные похождения, и ей захотелось завыть от тоски. Загнали все-таки, загнали снова за Темную Завесу. И, как и следовало ожидать, не враги, а как раз самые верные, самые любимые. А теперь воркуют, как над спящей красавицей.
Бегала от них три года и вот - не убежала. Хватит прятаться, Рида Светлая, залезай обратно на престол.
Женщина из тебя получилась никудышная, ничего сама сделать ты не можешь. Быть тебе джокером отныне и до веку.
Дом твой теперь - там.
Она бросила Конраду вместо привета: "Уйди!", отвернулась к стене и неумело, совсем по-мужски, заплакала.
Конрад беспомощно засуетился и бросился бы утешать, да умница Пикколо каким-то чудом его удержал.
Откуда было знать Конраду, что это ее последние человеческие слезы, что она в последний раз посмела пожалеть себя.
Неоткуда и незачем.
Впрочем, для долгих слез времени уже не оставалось. Счет пошел. Рида вытерла глаза, села и спросила без предисловий:
- Где сейчас обретается Кэвин, вы знаете?
- Откуда ты узнала про Кэвина? - изумился Конрад.
- Узнала, - мрачно улыбнулась она. - Нынешней ночью я заразила его страхом. Так что он, едва опомнится, попытается сбежать. Нужно подумать, где лучше его ловить.
- После изгнания он работал в юридической конторе в Дреймине-7, сказал Конрад. - Оттуда его и вытащил Юзеф. Я долго поверить не мог, когда узнал...
- Достаточно, - прервала его Рида, - доскажешь по дороге. Сейчас надо торопиться. Который теперь час?
- Около десяти.
- Ну, если ему дать время на очухивание, да на сборы, часа два у нас есть. Так. Майкл сейчас в Доме Ламме и еще ничего не знает. Пикколо, раздобудь где-нибудь лошадь для Конрада.
Они снова скакали рядом, колено к колену, по зеленым полям, как в старое доброе время. Конрад торопился рассказать, как попал в столь позорный плен.
- Как только ты уехала, твое родня попыталась оспорить завещание. Сделать они почти ничего не могли, но спокойствия Юзефу этот судебный процесс не прибавил. И тут же Туле начала маневры вокруг космопорта. Люди стали уходить из поселка.
Юзеф метался от одного советчика к другому, и каждый говорил ему что-то свое. Я его уговаривал: "Решай сам, ты же джокер. Кто знает лучше тебя?". А он стал пропадать по вечерам.
Я проследил за ним, и обнаружил мирно беседующим с нашим старым другом Кэвином. Тогда я попытался...
- Не надо, - попросила Рида, - побереги дыхание. Я все знаю. И про охотничий павильон, и про сломанный жезл.
Конрад поймал ее руку и прижал на мгновение к губам.
- Я так счастлив, что ты вернулась. Теперь темное время закончится, я уверен. Теперь все будет как прежде.
Риде захотелось его ударить, но она только стиснула зубы.
"Привыкай. Тебе еще не раз придется выслушать подобное"
Она, как и прежде, будет серым кардиналом Аржента, а он, как и прежде будет ее любить. Беззаветно и бесполезно.
Вместо ответа, она хлестнула лошадь. Рида знала, что весит гораздо меньше Конрада и тому придется здорово попотеть, прежде, чем он ее догонит.
В Доме Ламме ее поджидало письмо Клода - вернулся посланник из Туле. Вот уж действительно кстати. Рида жадно схватила конверт.
