— То есть если цваргиня не обратится за обследованием в медцентр, то никто никогда не узнает, что воздействие имело место. А если цварги покидают родную планету и прилетают на Тур-Рин, то они, в принципе, вообще направо и налево могут использовать свои способности, ведь вряд ли здесь их кто-то поймает за руку — концентрация-то ваших представителей тут ниже.
— Так, я не понял, ты сейчас намекаешь на то, что все мы преступники?! — Сам не осознал, но намёк девчонки привёл меня в ярость. Долбаных пять месяцев я пытаюсь выйти на тех, кто похитил наших женщин и устроил омерзительный притон, а эта мелкая пигалица рассуждает так, будто наша раса ничуть не лучше всей этой швали.
От девочки практически сразу же полыхнуло искренним сожалением.
— Прости, если я тебя обидела. Я… не хотела. — Она уткнулась носом в свой кофе. — Я просто пытаюсь сказать, что «уровень преступности» — это не то, что можно чётко оценить в числах. В каждом Мире он свой. Здесь, на Тур-Рине, да, постоянные драки, украденные кошельки, наркотики… да много всякого по мелочи.
Я фыркнул. Ничего себе «по мелочи»!
— Но зато здесь абсолютная свобода выбора. Тот же запрет услуг ночных бабочек на Цварге… Оно вроде и законно. — Она неловко повела плечом. — Но с учётом ахового перекоса в сторону рождаемости мальчиков, как по мне, это преступление государства против граждан.
— Большинство членов Аппарата Управления, так же как я, считают получение интимных услуг за кредиты неприемлемым.
— И потому существуют визы категории «беллеза»[2]?
— Что? Откуда ты знаешь?! — потрясённо ответил вопросом на вопрос.
— О чём? О том, что для не-цваргинь на посещение вашей планеты есть ограниченное количество виз в год для ночных бабочек? Так в инфосети при желании много чего найти можно. Я искала, куда иммигрировать с Танорга, вот и наткнулась.
— Тогда, если ты знаешь про визы «беллеза», обвинение в преступности запрета на райские сады на Цварге беспочвенно.
— Как раз наоборот! — Собеседница внезапно оживилась. — Во-первых, правительство запретило райские дома на законодательном уровне, чем сделало подавляющий процент общества несчастными.
Я усмехнулся формулировке «несчастными». Деловая мелкая так рассуждала о сексе, как о базовой потребности, и как будто он у неё уже был неоднократно.
— Во-вторых, — продолжила она серьёзным тоном, — «беллез» выдается Цваргом всего пару сотен в год на самых-самых, так сказать, мужчин. То есть правительство не только устроило искусственный дефицит, но ещё и наживается на этом. А это коррупция. Вероятно, изначально это и не закладывалось, но по факту ты вообще в курсе, сколько стоит одна такая виза?!
Я нахмурился, глядя на не по годам смышлёную девочку. Откуда она знает так много о Цварге? Незнакомка же в ответ смотрела очень серьёзно, совершенно не по-детски. Да и разговор вышел… до мурашек странным. Ни с одним из коллег, ни будучи агентом алеф-класса, ни эмиссаром я не поднимал столь щекотливых тем. Есть начальство и задания свыше, есть Аппарат Управления Планетой и законы, которые никогда не обсуждались. А ведь не все они идеальны, взять то же обязательное замужество чистокровных цваргинь до пятидесяти лет. Я сам фактически нарушил непреложное правило Цварга, организовав фиктивный брак для Лейлы Виланты. Другое дело, мне и в голову не приходило рассматривать ситуацию под таким углом.
— И что же для тебя преступление?
Она поправила пластиковую оправу смешных очков и неожиданно легко ответила:
— Для меня преступление — это то, что не даёт сделать совесть. Если я понимаю, что что-то сделаю и последствия моих действий заставят кого-то страдать, — это преступление. Если же никому ни холодно ни жарко от моих действий, то они законны.
— То есть, по-твоему, если ночная бабочка принимает оплату услуги от клиента и оба остаются довольны, то это никакое не преступление вне зависимости от того, на какой планете происходят события, — произнёс я, задумчиво рассматривая юную собеседницу. — Ты считаешь, что секс за деньги — это нормально?
Она склонила голову к плечу и прикусила губу, явно о чём-то задумавшись. В воздухе разлились терпко-пряные бета-колебания. Я не мог понять, что это за эмоции, и распробовать их на вкус, но они определённо были приятными.
— Я считаю, что секс за деньги мог бы быть выходом в некоторых ситуациях, — медленно проговорила она, тщательно подбирая слова. — И порой это даже безопаснее, чем поставить галочку «Я согласен с пользовательским соглашением».
Девчонка прикусила губу. Карие глаза за круглыми стёклами смеялись. Эта маленькая бестия виртуозно перевела всё в шутку.
Я не удержался и улыбнулся в ответ. Остроумно.
***
Даниэлла
