— В третий раз повторяю, подойди сюда, пожалуйста. Скажи, замок вскрыть сможешь? Я могу разнести электронику к шварховой матери, но боюсь, что если поврежу что-то, то мы вовсе не попадём внутрь. Как же я сразу не додумался, что искать надо вход в подвал… Здание-то старое, раньше с подвалами строили… Это сейчас на подземных этажах, как правило, только паркинг для флаеров.
Я подпрыгнула на месте и рванула к Фабрису. Сердце гулко ударилось о рёбра, стоило увидеть люк с кодовым замком. Куда как более надёжным, чем тот, что был установлен на входе в здание. Тут и к астрологу ходить не надо, чтобы он сказал, что
— Да-а-а, — протянула я. — Сейчас всё аккуратно вскрою, дай мне пять минут.
Мне понадобилось целых семь, чтобы открыть люк, так как пальцы подрагивали от дурного тревожного предчувствия, но Робер не мешал. Он тихо стоял позади, ждал, когда я выполню свою работу. Стоило мне жестом указать: «Готово», как эмиссар вихрем открыл люк и первым спустился. Ну а я — за ним.
Это было жутко.
Пожалуй, так жутко я себя не ощущала ещё ни разу. Фабрис зажег свет — и нас окружили многочисленные лица. Широко распахнутые пустые глаза, кривящиеся губы, иногда и вовсе открытые рты. Миттарки, эльтонийки, цваргини, пиксиянки, человеческие девушки… Все они выглядели точь-в-точь как живые, и это пугало до шварховой печёнки. Были тут и мужские особи, правда, немногочисленные. Кто-то одет, кто-то раздет…
— Филиал фильма ужасов, — пробормотала я, рассматривая одну из моделей вблизи. — Сейчас между андроидами должен оказаться живой гуманоид, который внезапно отомрёт и набросится на нас с ножом, — неловко пошутила, стараясь не выдать того, что, по ощущениям, желудок приклеился к позвоночнику.
— Не говори ерунды, это всего лишь роботы, — фыркнул Фабрис. — Живых гуманоидов здесь нет, я бы почувствовал бета-колебания их мозговой деятельности.
— То есть если на нас набросятся сами андроиды, то это впишется в твою картину мира?
Вместо ответа эмиссар взглядом указал на стопку аккумуляторов, сложенных прямо на полу у крайней ступени лестницы.
Тщательный осмотр роботов выявил, что стыки между деталями, которые по законам Танорга обязательно должны быть видны, промазаны цветным силиконом, а где-то чуть ли не воском. Ещё кто-то старательно рисовал на открытых участках кожи «кукол» родинки и даже специально криво остриг ногти у нескольких кукол, чтобы руки выглядели как настоящие.
— Кто-то очень постарался, чтобы андроидов нельзя было отличить от гуманоидов, — пробормотала я, разглядывая заусенцы на искусственной руке.
— Согласен, — ответил Фабрис откуда-то из-за рядов «кукол». Я машинально двинулась на мужской голос и нашла эмиссара, разглядывающего поставленное на паузу видео… одно из тех, которое мы уже видели.
Помимо андроидов, здесь располагались стол и компьютеры для видеомонтажа и та самая мини-мастерская, которую искал Робер. Небольшой стеллаж с краской всех оттенков кожных покровов граждан Федерации, цветные линзы, кисточки, набор для маникюра и педикюра, вешалка со всевозможными нарядами… Огромная стойка с духами и одеколонами популярных в Федерации марок. Резкий апельсиновый запах смешивался с древесным, тут же проступала нотка чего-то редкого, что нос отказывался распознать. Я чихнула.
— Зачем им это? В смысле… — Я обвела рукой пространство. — Я понимаю, что сколько-то андроидов нужно было для съемок в тех роликах, но если мне не изменяет память, их там двадцать три…
— Двадцать пять.
— Двадцать пять, — поправилась. — А тут явно заготовки на десятки андроидов… Это же… ну нерентабельно, столько выкупать ради... развлекательного видео. Оно, бесспорно, приносит огромные деньги, но всё же…
— Зато их можно продавать в частном порядке всяким извращенцам, а ещё лучше — создавать под заказ, — хмуро ответил эмиссар.
В носу снова защекотало от смеси непривычных запахов — непроветриваемый подвал как-никак, — и я опять чихнула. От чиха запершило в горле, и голова слегка закружилась… похоже, я всё-таки не выздоровела.
— Ролики в дарк-инфосети — это скорее демонстрация, — тем временем продолжил Фабрис, — что андроиды производства «Робо-Индастриал» неотличимы от настоящих, поэтому видео распространялись бесплатно.
— То есть ты считаешь, что преступникам неинтересна продажа порно?
— Какие бы деньги ни приносила продажа записей совокуплений по голоканалам, это не идёт ни в какое сравнение с возможностями, которые открываются преступникам, если они смогут продавать таких андроидов.
— Так если это будут влиятельные лица или знаменитости, то всё быстро вскроется! — возразила я.
